Дзен и железяка полностью

– Наверное, лучше не надо, – решила она. – Больше проблем. Оно того не стоит. Пусть живет.

– Дело твое, – усмехнулся Агейко. – Я бы его ограбил, а ты бы со мной поделилась.

– Грабь награбленное, – звонко расхохоталась Катерина.

Глаза ее сияли.

– Точно.

Они с возлюбленным переглянулись, и это было так интимно, что Маша позавидовала парочке белой завистью. Вот бы и она так же… Только с кем? Пока не с кем. Но дзен. Все будет. Надо только не сдаваться и не опускать руки.

Маша решительно отодвинула от себя вкусняшки и пила пустой чай, пока не пришло время идти домой.

***

Минул выходной, и Маша снова вышла в вечернюю смену. И тут же нос к носу столкнулась с Золотовым.

Как и в прошлый раз, он вошел, разделся и протянул ей пальто.

– Проверьте, пожалуйста, нет ли в карманах ценных вещей, – строго сказала Маша.

Если бы он только знал, каких усилий ей стоило казаться спокойной! Золотов не стал проверять, только громко, чтобы все слышали, ответил:

– Я все проверил! Не переживайте.

И улыбнулся ей. Маша опешила от такой наглости. К счастью, подошел следующий посетитель, и ничего отвечать не пришлось. Золотов пошел качать «железо», и девушка облегченно вздохнула.

Хорош, стервец, нечего сказать! Кажется, у нее вырабатывается стойкая аллергия на таких вот самодовольных красавцев.

В пединституте был один такой товарищ. Физкультурник. Все девчонки млели и падали прямо в руки, как спелые фрукты с дерева, не в силах устоять перед его харизмой в сочетании с легким характером, юмором, приятной внешностью и спортивными достижениями. Пользуясь тем, что парней в «педе» всегда не хватает, он менял подружек как перчатки.

Даже Маша не избежала этой участи. Она была неглупой, но упорно давила в себе подозрения, обвиняя себя в мнительности. Хотя разум подсказывал: ну, что, что он мог в ней найти? Интуиция просто вопила об опасности. Потом, конечно, выяснилось, что ему нужны только конспекты, и чтобы девушка писала за него рефераты. И не только это. Вообще все было на спор. Правда, он тогда проспорил. Ей вовремя раскрыл глаза его приятель, который поставил на противоположный результат. Однако красавчик всем раструбил, что выиграл. Некоторые даже поверили – те, кто не знал близко Круглову.

Все это случилось на последнем курсе. Девушка сначала от большой любви, а потом от переживаний совсем забросила учебу и чудом сдала экзамены. Так что вместо вожделенного «красного» диплома в табеле нарисовались досадные четверки и тройка.

Почему она сейчас это вспомнила, спустя столько лет? Прослеживалась определенная закономерность. Красавчик равно моральный урод.

Поток посетителей схлынул. Девушка отошла от окошка в сторонку и привалилась спиной к стене, переводя дух. Перед глазами все еще стоял Золотов.

***

Невольный виновник ее переживаний в это время поднялся на второй этаж и открыл шкафчик в раздевалке. Он переодевался, аккуратно складывая вещи, и думал. Перед глазами стояло лицо девчонки, которую он так обидел.

– Черт!

Не хотел ей напоминать о случившемся, особенно при всех. А то вдруг опять ей станет плохо. Он тогда в милиции подумал, что у нее проблемы с сердцем. Его тогда самого чуть на месте Кондратий не хватил. Допрыгался, дурак. Довел девушку до предынфарктного состояния.

Теперь он испытывал неловкость в ее присутствии. Редкое чувство, которое его нечасто посещало. Однако Золотов не привык отступать перед трудностями. Итак, он допустил ошибку, значит, ее надо исправить. Все просто.

На другой день он все уладил с главбухом и директором фитнес-центра, даже денег дал, чтобы заплатили девушке «за беспокойство». Почему-то он знал, что от него лично девушка ничего не примет. Пощечины хватило, чтобы это понять.

Раньше его не били женщины. Однажды пытались, было дело. Его давняя пассия, стервозная блондинка, гибкая, страстная, своенравная и похожая на пантеру, подняла на него руку, когда он объявил, что они расстаются. Женщина в ярости чуть не выцарапала ему глаза. Пришлось ее скрутить и держать за запястья, пока не успокоилась и не перестала сыпать оскорблениями. Злость переплавилась в страсть, так что напоследок они еще раз переспали. Но это его не остановило, и он ушел.

С тех пор он избегал блондинок. Особенно крашеных.

– Вань, это ты? – послышался голос из прохода, когда он переоделся и начал искать в сумке бутылку с водой и полотенце, чтобы утирать пот.

– Ага.

Мужчина вошел в зал, где его уже ждал тренер, сорокалетний качок, за которым он перешел в другой клуб. Привык. Золотов вообще не любил перемены. Он привыкал к жилищу, гаджетам, машинам, парикмахеру и тренеру, сотрудникам и, чего греха таить, к женщинам. Поэтому, чтобы не привязываться, он довольно быстро сам разрывал отношения.

С машинами вообще доходило смешного. Его зам, Тимур Алаферов, только два года назад уговорил, точнее, практически заставил его сменить неприметную «ниву» на БМВ, что больше соответствовало его статусу. Иначе деловые партнеры просто не поймут, а новые вообще могут подумать, что у них денежные затруднения.