После Верхних Выдр погода изменилась в лучшую сторону. Боги на небе щелкнули пальцами, и сильный ветер за одну ночь прогнал тучи. Выглянувшее с утра солнце теплой рукой принялось сушить землю, избавляя ее от излишней влаги. Наконец-то можно было снять плащ и насладиться чудесной погодой.
По словам Алистана Маркауза, до Пограничного королевства отряд доберется к вечеру. При должной удаче и помощи богов мы наткнемся на один из гарнизонов. В Пограничье никому не отказывают в ночлеге.
После истории с Бассом Миралисса долго расспрашивала меня, что произошло. Эльфийка многозначительно кивала, переглядывалась с подъехавшим Кли-кли, но молчала и лишь в конце моего рассказа произнесла:
– Как говорят у людей, ты родился в рубашке.
На этом наш разговор и закончился. Ни эльфийка, ни гоблин не удосужились мне что-либо объяснить.
Улучив момент, я подъехал к Эллу. Эльф бросил на меня удивленный взгляд, но промолчал, ожидая, когда я сам начну разговор.
– Элл… я…
– Не трудись, Гаррет. Мне от твоих благодарностей ни горячо, ни холодно.
– Я в общем-то не об этом хотел поговорить, – смутился я.
– Да? – Быстрый взгляд. – Ты смог меня заинтриговать, продолжай.
– Ты ведь из дома Черной розы… Понимаю, может, тебя мой вопрос удивит, но ты что-нибудь знаешь о Джоке-принесшем-зиму?
– О принцеубийце? Каждый ребенок нашего дома знает о нем. Великолепная сказка, воспитывающая ненависть к человеческой расе. – Он ухмыльнулся, то ли шутя, то ли говоря абсолютно серьезно.
– Что с ним стало?
– Его казнили.
– Это вы говорите чужакам, а что произошло на самом деле?
– Ты и есть чужак, Гаррет, – безжалостно ответил Элл, затем помолчал и спросил: – Почему тебя это так интересует?
– Я видел сон, его не казнили, по крайней мере, так, как хотели.
– Раз видел сон, зачем же тогда меня спрашивать? – буркнул Элл. – Этому парню повезло: какая-то сердобольная душа вскрыла ему горло от уха до уха.
Эльф провел пальцем себе по шее, показывая, как было дело.
– Об этой истории мы не очень-то любим распространяться. Джоку удалось выскользнуть из рук наших палачей перед самой казнью. Везучий. Того, кто отправил его во тьму, мы так и не нашли. Ходил слушок, что это кто-то из орков пробрался и пошутил, но я в это не очень-то верю. Сказки.
– А…
– Гаррет, это было больше шестисот лет назад, сколько поколений сменилось, а ты хочешь, чтобы я вспоминал рассказы стариков! Я больше ничего не знаю.
– Понимаю… но неужели вы не могли догадаться сразу, что его подставили?
– Знаешь такое выражение – гнев застилает разум? Вы, люди, искали… э-э-э… как это у вас… козла отпущения. Зачем доискиваться, кто виноват, если эльфа убила стрела этого Джока? У вас был выбор: или искать настоящего убийцу и влезть в войну, или отдать одну человеческую жизнь и забыть обо всем. Тогдашний ваш король поступил мудро, козел был найден, стрела была предъявлена, признание, пускай и выбитое, было, свидетели… Мои предки тоже хороши. Горе и ярость застлали им разум, на Принцеубийце мы хотели отыграться за то, что случилось в Ранненге, – виновен он или нет. Мы пытались его допросить, но ваши побои и наши пытки… Он только твердил, чтобы его не били… В то время он был виновен, это только спустя три месяца, когда стали копать, выяснилось, что стрелок-то был другой, а Джок в это время находился совсем в другом месте.
– Другой стрелок? Кстати, все знают, что Джок был не виноват, но откуда пошло это знание?
– Вы, люди, как и мы, эльфы, тоже не очень любите рассказывать о своих ошибках. Он сам признался. Добровольно. Пришел, рассказал все как было, где прятался, как стрелял. Не сказал только, почему он это сделал.
– Он?
– Настоящий убийца.
– А никто не думал, что это просто сумасшедший, которому нечего делать?
– Откуда я знаю, Гаррет? Может, так оно и было, но люди этому стрелку поверили.
– Но было поздно. Джок-то уже был мертв.
Элл пожал плечами:
– Одна человеческая жизнь не сыграла большой роли.
– Ты ошибаешься, – тихо проговорил я. – Ты не знаешь, что произошло из-за той страшной ошибки.
– Да? – он посмотрел на меня. – Так расскажи мне глупому.
– Забудь, теперь это всего лишь пустое сотрясение воздуха.
Эльф кивнул и выкинул наш разговор из головы. Но только не я. Теперь я знал и видел. Видел сном и знал кто, что и как. Надеюсь, я унесу эту тайну с собой в могилу.
Милорд Алистан решил выслать разведчиков, и теперь Угорь с Сурком уходили далеко влево или вправо, ища возможную опасность. Пока все было тихо, и я бы с удовольствием согласился, чтобы эта тишина продолжалась еще очень и очень долго, вплоть до самого Храд Спайна, но всему хорошему когда-нибудь приходит конец. После полудня вернулся Сурок и доложил, что в нашу сторону движется вооруженный отряд.
– Всадники, – сказал он, докладывая милорду Крысе. – Человек сто-сто двадцать, может, больше. Все вооружены, в доспехах. В полулиге отсюда.
– Люди Балистана Паргайда?
– Не похоже, но могу ошибаться, расстояние было слишком большое.
– Они тебя увидели?
– Обижаете, милорд, – ухмыльнулся Сурок. – Если поторопимся – мы еще можем схорониться и попытаться избежать встречи.
