– Точно?! – Янтарь желтых глаз буравил меня, стараясь вытянуть из моего «я» все тайны Вселенной.
– Точно, – абсолютно честно ответил я, не отводя взгляда от ее глаз.
Она вся как-то сразу обмякла и постарела, в уголках раскосых глаз появились морщинки усталости, пальцы с черными ногтями нехотя отпустили крышку стола.
– Что я такого сказал? Что это за странные дома?
– Это слишком долгая история, Гаррет, у нас сейчас на нее нет времени, – очень уж поспешно сказал Кли-кли.
Голос маленького гоблина звенел от… напряжения?
Я хмыкнул и уставился в тарелку, продолжая машинально помешивать ложкой суп и думать о том, что у Кли-кли и Миралиссы намного больше общих дел и тайн, чем они стараются нам показать.
Тайны. Одни сплошные тайны, они как тени от факела танцуют и пляшут вокруг меня, но в руки, хоть убей, не даются. Тайны все прибывают и прибывают, и скоро я попросту утону в их мутном непроглядном потоке. Кто такой Хозяин? Кто такой Влиятельный, или Игрок? На кой Хозяину Рог? Почему Хозяин с таким удовольствием играет с нами, как кошка играет с подраненной мышкой? Кто такой Посланник? Что это за мир Хаоса, куда я попадал во сне? Что это за странные сны? Что это за Дома Силы, Боли, Любви и Зла? И еще тысяча и один вопрос, на которые я не знал ответов.
Я не стал ничего спрашивать у эльфийки и гоблина – все равно Миралисса отделается от меня умными речами, а Кли-кли притворится круглым дураком и покажет язык.
Аппетит пропал, но я стоически доел суп, все время чувствуя на себе испытующий взгляд Миралиссы…
– Нам надо поговорить, вор, – сухо бросил мне Алистан Маркауз, после того как я вылез из-за стола.
– Да, милорд?
– Не здесь. – Алистан поморщился. – Идем со мной.
Крыса, даже не посмотрев, иду ли я за ним, стал подниматься на второй этаж трактира, и мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним. Алистан привел меня в свою комнату, где нас уже поджидали Эграсса и Миралисса. Элла не было, он взял на себя обязанность присматривать за Бассом, который в данный момент обедал в зале и пытался научить Фонарщика играть в какую-то жутко мухлежную карточную игру.
– Присаживайся, Гаррет. – Эграсса указал мне на кресло. – Выпьешь вина?
Я машинально кивнул и отхлебнул терпкого и, на, мой взгляд, чрезвычайно крепкого вина. Кузен Миралиссы сегодня необычайно любезен. А еще говорят, что эльфы – злые и нехорошие создания. Хотя так оно и есть. Люди никогда не жили в мире ни с темными эльфами Заграбы, ни со светлыми эльфами лесов И'альялы. Трения были всегда – все те тысячелетия, что наши расы знают друг друга. К счастью, до открытой войны дело ни разу не доходило, но пограничные стычки, особенно в первое время, когда люди появились на Сиале, были обычным делом. Это сейчас с нашим королевством дома темных заключили мир и дружбу на тысячелетия, а раньше желтоглазые ребята не очень-то приветствовали жителей Валиостра. Да и теперь по большому счету эльфы помогают нам противостоять Неназываемому не по доброте душевной. Душевной доброты в эльфах столько же, сколько в их прямых родственничках – орках. То есть ноль.
Да и не идиоты эльфы, чтобы рисковать своей шкурой ради спасения людского королевства. У темных во всей этой игре своя выгода, иначе бы они ни за какие сокровища драконов не согласились передать нам ключ и провести через Заграбу до Храд Спайна. А выгода, надо сказать, очень простая. Если эльфы не помогут нам удержать Неназываемого за Иглами Стужи, то наше королевство в самые наикратчайшие сроки прикажет долго жить. А как только это случится, то часть так называемой Плотины Союза[22], вот уже пятьсот лет удерживающей Первых в Восточной Заграбе, рухнет.
Без нашей военной поддержки ни Пограничное королевство, ни дома темных долго не продержатся. Орки перебьют их поодиночке, а затем потоком хлынут по земле Сиалы, огнем и ятаганом уничтожая все и вся. Первые считают, что весь мир принадлежит им – единственным и самым любимым детям богов, а все остальные расы, появившиеся на Сиале, просто большое недоразумение, недостойное жить.
Молчание в комнате затягивалось, и я, прочистив горло, спросил:
– Зачем я понадобился?
Вопрос прозвучал несколько нелюбезно, но чего они хотят от вора? Любезных манер? Не умею… Точнее, умею (спасибо Фору), но не хочу. Сейчас опять будут спрашивать, что спасло меня в Харьгановой пустоши или откуда я узнал о Доме Силы.
– Потерпи, вор, – бросил стоявший у окна Алистан Маркауз. – Сейчас придет Кли-кли, и мы начнем…
– Кли-кли пришел. Можете начинать, ваша милость!
Шут проскользнул в дверь и, подмигнув мне, уселся на кровать. Сейчас расслабленный и дурачащийся гоблин нисколько не напоминал мне того парня, что напряженно сидел за столом, услышав мою невинную фразу о Доме Силы.
– Ну что же… Я не стал говорить об этом внизу, там твой дружок, Гаррет, а нам еще только не хватало раскрывать свои планы перед незнакомцем, пускай он и помог нам вытащить вас с Угрем.
– Я считаю, что этого Басса надо запереть на время, – сверкнул клыками Эграсса. – Смешно сказать – мы таимся и терпим неудобства в своем доме!
