Руки Арена Элессдила распростерлись над его головой, как будто он пытался схватить что–то, находящееся вне его досягаемости. Воронка из тумана и ветра продолжала затягиваться. Она вылавливала флиты и заглатывала их. Только что они были здесь, стараясь удержаться в воздухе, и в следующий момент их уже не было. остальные пытались бежать, рассыпавшись во всех направлениях, ища пути к отступлению. Некоторые направлялись прямо на «Скользящий» и Арена Элессдила, но не могли подобраться достаточно близко, чтобы повредить их. Один за другим они затягивались в воронку, пока никого из них не осталось.
Друид опустил руки, туман рассеялся, ветер затих и вихрь исчез. В небе не осталось ни одного флита. Все было так, как до их нападения, воздух туманный и серый, но спокойный. «Скользящий» продолжал лететь, хотя и весь израненный. Вдали, сквозь облака пробился луч солнечного света.
Арен Элессдил вернулся к пилотской кабине и поманил Пена.
— Давай–ка поможем очистить палубу и убрать рельсовые пращи, — сказал он. Он бросил взгляд на Гара Хетча. — Странная погода, не правда ли? Никто никогда не поверил бы, что могут случаться такие странные вещи. Даже сумасшедшие вряд ли могут представить подобное.
Пен улыбнулся про себя. Друид кое–что знал в том, как давать предостережения. Что было весьма кстати, подумал он, так как теперь все на борту знали, кем он был.
Поздним утром следующего дня они прибыли в Аначере, порт на Лазарине, который обслуживал корабли, летающие на север вдоль коридора, образованного Погребальными горами на востоке и Лезвием Ножа на западе. Они добрались да пункта своего назначения быстрее, чем предполагали, потому что ветер наполнил паруса, а солнце обеспечило энергией кристаллы, да и Гар Хетч смог закончить ремонт поврежденной радианной тяги до наступления ночи. После того, как они избавились от флитов, все оставшееся время полет был спокойным без каких–либо неприятностей, затрудняющих продвижение к цели.
Аначере был построен совместными усилиями троллей и жителей Приграничья в давние времена, после Второй Войны Рас, когда южане, в основном, стали вести затворническую жизнь ниже Каллахорна, однако торговля повсюду процветала. Ветхий, разваливающийся в первые дни своего существования, он быстро вырос, став главным портом, обслуживающим следопытов и торговцев из Анара, Каллахорна и отовсюду, где народ троллей создал свои дома. Он стал крупным городом, хотя по виду и ощущениям все еще оставался приграничным, здания располагались вдоль юго–западного берега озера, дома из дерева и дранки сносились и заменялись новыми по мере необходимости, но без какого–либо особого намека на постоянство. Хотя большая часть населения жила в городе, тем не менее они не намеревались делать Аначере последней остановкой в своей жизни и поэтому не строили долговечные дома.
«Скользящий» приземлился к причальным докам, склады и амбары которых казались низкими приземистыми зверями, пригнувшимися, чтобы напиться темными водами Лазарина, их раскрытые рты ожидали то, что доставит им озеро. Набережную заполонили воздушные корабли, главным образом грузовые и военные. От доков расходились дороги, окруженные пивными, увеселительными заведениями и различного типа гостиницами. Магазины и жилые дома располагались дальше, в стороне от суеты и шума доков, от столпотворения портовой жизни.
Стоя на палубе, пока по указанию начальника порта «Скользящего» буксировали к предписанному ей стапелю, Пен улучил момент, чтобы взглянуть через плечо в другом направлении, на озеро. Лазарин был легендарным местом. Широкие, синевато–серые воды, которые редко меняли цвет при любой погоде, имели глубину, как полагали некоторые, до нескольких тысяч футов. Ходили слухи, что в отдельных местах его дно соединялось с преисподней и таким образом предоставляло душам умерших проход в мир живых. На востоке и юге его обрамляли горы надежными берегами, эти каменные стены становились вместилищем этих душ. Десятки рек начинали свой путь в таявших ледниках на высоте в несколько тысяч футов, неся свои воды по каньонам и ущельям, чтобы утолить жажду озера. С заснеженных вершин дули холодные ветра, смешиваясь с теплым воздухом побережья и создавая клубящийся туман, который как серый мох прилипал к прибрежной линии и простирал по поверхности озера свои щупальца. Пену не нравился Лазарин, решил он. Оно напоминало ему Мглистую Топь, место, слишком ему знакомое и которое он никогда не хотел бы снова посетить.
«Скользящего» поставили в доке и скитальцы закрепили корабль. Кода Гар Хетч подошел, чтобы поговорить с Ареном, Пен прислушался.
— Мне понадобятся несколько дней, чтобы отремонтировать корабль перед отлетом, — хриплым голосом объяснил капитан скиталец, подтягивая штаны, чтобы подчеркнуть предстоящую работу. — Может быть и больше. Как только мы закончим, тогда продолжим наш полет туда, куда вам нужно, а потом я спущу вас на землю и мы попрощаемся.
