Наконец Агнес свернула на грязную дорогу со знаком «Частная территория», и они затряслись вдоль берега мимо строгого эдвардианского дома, окруженного, несмотря на декабрь, зелеными газонами. Дорога кончалась песчаной круглой площадкой с вывеской «парковка запрещена». Агнес остановилась, вылезла из машины, натянула свой ярко-зеленый дождевик и раскинула на ветру руки:
— Какой вид!
Она указала на поросшую кустами дюну, и Джастин увидел верхушку большого паруса, который непонятным образом скользил, казалось, прямо по песку. Он открыл дверцу Бобу. Тот аккуратно ступил на землю, постоял секунду настороженно с полузакрытыми глазами и вдруг сорвался, как ракета, и понесся через дюну на пляж.
Ледяной соленый воздух и теплое солнце подняли настроение и Джастину, его тоже охватил восторг. Он почти забыл свою обиду, и ему нестерпимо захотелось броситься вслед за Бобом на пляж.
— Давай! — крикнул он Питеру, и они побежали.
Агнес бежала последней, на удивление проворно, учитывая каблуки, и на вершину дюны они взобрались одновременно. Загадка парусника объяснялась наличием узкого глубокого канала, а дальше на мелководье стояли кроншнепы, запуская длинные клювы в мутную воду в поисках обеда. Боб пробежал еще метров сто по пляжу, резко затормозил и, судя по всему, принялся отрабатывать прыжки, зависая в воздухе и вытянув лапы, как липицианский жеребец. После этого на глазах у Джастина пес извалялся в водорослях, стряхнул с себя городские запахи, постоял немного, дрожа на солнце, а потом снова стал носиться по дюнам.
Джастин повалился на высокую бледную траву, втянул руки в теплые рукава пальто и закрыл глаза, а Питер пошел к воде.
— Раз пикника не будет, я пойду прогуляюсь, — сказала Агнес, показав на юг, где грязный берег переходил в сверкающий галечный пляж. — Если вдруг мы потеряемся, встретимся здесь же на закате.
Джастин кивнул, не открывая глаз; его разморило от зимнего солнца, и делать ничего не хотелось.
Чик-чик-чик.
Он не стал обращать внимания.
Вернулся Питер, промочивший кроссовки и низ штанов в соленой воде. Он хотел было сказать Джастину, что Агнес показалась ему очень милой и дружелюбной, но вспомнив, какое у друга настроение, передумал.
— Пройдемся? — спросил он вместо этого и повернул на узкую тропинку, тянувшуюся через дюны.
Джастин медленно встал и лениво поплелся следом.
Они прошли по берегу до того места, где дюны уходили в море. По тропе идти было легче, чем по гальке, но здесь их сбивал с ног налетавший с моря ветер, который вздымал песок с дюн, проносился над заводями и ерошил траву. Джастин засунул руки в карманы и натянул вязаную шапку на уши. Он взглянул на Питера: голова высоко поднята, шапки нет, полы пальто развеваются на ветру. Джастин покачал головой:
— Тебе не холодно?
— Не, у меня кровь горячая. Я люблю, когда мозги продувает холодным воздухом, забыл, что ли? Заставляет думать как следует, чтобы не замерзнуть.
— Ты чокнутый.
Питер, опьяненный морским воздухом, рассмеялся.
Джастин спустился по тропе к скалистому берегу. Здесь ветер дул слабее. Он остановился у каменистой заводи и присел, чтобы получше ее рассмотреть. Воду пронизывали косые лучи солнца, и поверхность ее была почти гладкой, если не считать легкой ряби там, где пробегал ветер. Он коснулся воды. Теплая.
Джастин лег и почти вплотную приблизил лицо к поверхности. Он представил, как плавает там среди водорослей. От его выдоха прошла рябь, и он задержал дыхание, чтобы дать воде разгладиться. Прикрыв глаза, он мысленно опускался все глубже и глубже, плавно скользя в окружении неожиданно теплых течений в своем безопасном укромном мирке. На дне медленно открывались и закрывались темно-красные анемоны, как чьи-то нежные и манящие губы. Он подплыл ближе и заглянул в глубину цветка, погладив бархатистую красную плоть его горла. У основания полипа ползла улитка, оставляя за собой слабый след на песке. Теперь он заметил колонию крабов, которые болтались на цыпочках туда-сюда в такт легкому покачиванию волн в заводи. А вот его окружила стайка любопытных мальков, тыкавшихся в него своими невесомыми телами.
Солнце зашло за облако, и Джастину вдруг стало холодно. Он поднялся, оставив маленькую экосистему, и пошел по следам Питера вдоль пляжа. Он видел, как друг шагает далеко впереди вдоль кромки воды. Агнес нигде не было. Хотя изогнутая линия побережья хорошо просматривалась вдаль, он нигде ее не находил. Может, ее заглотила коварная трясина сверкающих камушков.
Джастин остановился посмотреть, как стая бакланов охотится с наполовину погруженного в море валуна, а когда двинулся дальше, Питер тоже исчез. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они с Бобом неожиданно наткнулись на Питера. Он приютился в укромной ложбине меж двух дюн. Боб плюхнулся на песок, положив голову на передние лапы, и сонными глазами смотрел, как Питер листает потрепанную книжицу по геологии.