- Я вылетела из Лондона всего через сутки после тебя. Сэр Натаниэль вручил мне новенькие офицерские погоны и тут же велел собираться в дорогу. Поручение было на первый взгляд простое - всего-то передать пакет нашему человеку в Касабланке.
- Знакомая работа, - кивнул Джеймс, но тут же спохватился: - Касабланка?!
Касабланка была столицей Сеутаритании. Это было скромное и незаметное государство в Северной Африке, где белые европейские поселенцы, в основном испанские и португальские католики, правили мавританским и берберским простонародьем. Почти как в Претории, только по другую сторону экватора. Когда началась война, Сеутаритания в очередной раз громко заявила о своем нейтралитете. Тамошние католики в теории преданы римскому папу, но Джеймс знал, что в последние месяцы в Касабланку зачастили агенты апсаков.
- Я встретилась с резидентом в маленьком кафе в центре города. Меня уверяли, что это приличное и безопасное место, там часто появляются военные атташе и другие дипломаты. Так что и я пришла на "свидание" в форме. Передала пакет, выпила коктейль, а потом заглянула в дамскую комнату. И там меня ждали. Два мерзавца с бесшумными пистолетами. Скорей всего, апсаки. Если я правильно опознала их акцент.
Так и есть, отметил Хеллборн. Зачастили. Апсаки.
- Подробности нашего разговора не имеют особого значения, но он (разговор) явно не удался, - вздохнула Патриция. - Я решила, что терять мне нечего, и достала свой пистолет. И даже успела отстрелить одному из них ухо, прежде чем апсаки меня обезоружили. Потом... Потом они разбили моей головой зеркало, которое висело в туалете. Большое такое зеркало. Мне даже показалось, будто оно металлическое. Не понимаю, как оно могло треснуть. Не помню, после какого удара я потеряла сознание. Когда очнулась, в туалете никого не было. Я решила, что апсакам надоело развлекаться, и они убрались. Или их кто-то спугнул, и они решили отложить наш неприятный разговор. Черт, не надо было идти на встречу в альбионской форме.
- Оставь, ты не виновата, - поспешил успокоить ее Хеллборн. - За тобой могли следить еще от самого посольства или даже с Лондона.
- Все может быть. Итак, выхожу я из дамской комнаты, а в кафе как будто наступила альбионская полночь. Музыка не играет, свет не горит, и ни единой живой души. Я пришла к выводу, что отключилась на несколько часов, и заведение давно закрылось. С трудом нашла выход, чуть ли не наощупь - маленькая дверца где-то на кухне. Выбралась на улицу. Пошла на свет. В буквальном смысле. Потратила несколько минут на приступы удивления. Это же был коммерческий центр города - огни, реклама, работающие до самого утра клубы и рестораны. И вдруг - тьма! Какие-то трущобы, собаки лают за углом. Черт знает что! Похоже, пока я была без сознания, меня перетащили в другой район города! Так я решила тогда.
"Мне было проще, - подумал Хеллборн, - я был на незнакомом острове, где был готов встретить даже разумных говорящих слонов".
- А потом меня задержал патруль. Сперва я ничего не заподозрила. Они даже говорили по-испански. Но мои документы не произвели на них никакого впечатления.
Дальнейший расказ Патриции напомнил Хеллборну его собственные злоключения на Острове Свободных Черепов. С той разницей, что даму почти не били. Так, по щекам отхлестали.
- В конце концов они решили обвинить меня в изготовлении фальшивых документов, бродяжничестве и антисоциальном поведении. На большее у судьи не хватило фантазии. Два года исправительных работ на благо общества. Так это у них называется.
- "У них"?
Патриция оставила кресло, почти не глядя смахнула с книжной полки увесистый том и плюхнулась обратно. Еще один атлас мира.
- Вот, смотри. Касабланка принадлежит Доминации Спаги. Интересное государство, интересное общество... если изучать его снаружи. "Военная демократия". Так они это называют. Даже в конституции записано: "Доминация является солдатской республикой". Лет 40 назад это был винегрет испанских и французских колоний, но после мировой войны иностранные легионеры подняли восстание. Из-за какой-то ерунды. То ли им вовремя не заплатили, то ли собирались выбросить в отставку без пособия, темная история.
- Ничего себе ерунда! - почти искренне возмутился Хеллборн. - Я бы и сам взбунтовался!
- Так или иначе, метрополии были слишком истощены во время войны, и у них не было достаточно сил, чтобы подавить мятеж, - продолжала Патриция. - Поэтому великие державы неохотно признали новое государство. И не прогадали - только легионерам и удалось остановить наступление драконских красных армий двадцать лет назад.
- Забудь про легионеров, - нетерпеливо перебил ее Хеллборн, - успеем разобраться. Рассказывай про себя. "Два года исправительных работ на благо общества"?
- Публичный дом, - усмехнулась она. - Солдатский бордель. Все для блага человека и гражданина военной демократии.
Джеймс покраснел и не сразу нашел, что ответить.
- Тяжело пришлось?