Он наконец-то избавляется от занудливого немца, которого уводит жена, медленно, нарочито шаркающей, вовсе не свойственной ему походкой, сейчас замечательно соответствующей настроению и размагниченному состоянию после плотного обеда и двух бокалов вина, бредет к себе на третий этаж, видит приоткрытую дверь комнаты, входит в номер, берется за ручку, чтобы закрыть дверь за собой, и слышит звенящий колокольчиком Лизин голосок. Что-то удерживает его на пороге, Лиза в спальне за перегородкой, не видит его и продолжает переливчато-восторженно:
– …Везло дико – два каре почти подряд, а стриты и считать перестала. Пруха невероятная, как тогда в Атлантик, когда флешь-ройяль выпала, помнишь?.. Сколько выиграла? Четыре с лишним штуки. Да не долларов – евро. Зеленых еще больше… Вернусь, осмотрюсь, что к чему, как с работой будет… Приятно слышать… А я, знаешь как! Дни считаю. Тоска зеленая… Если бы не казино, то совсем…
Врасплох застигнутый, мнется, затаив дыхание, Костя, прижимается к косяку, решить не может, входить или наоборот. Тихонько выскребывается в коридор, оставляет дверь приоткрытой, так, как было, и на первый этаж. Какая там шаркающая умиротворенная походка… Галопом несется, будто свора злющих собак по пятам. Выскакивает на воздух, вбок по расчищенной от нападавшего снега дорожке, к лесу, легкий мороз, он холода не ощущает. Дни считает, значит. Санаторий ей поперек горла. И что же ей приятно слышать, а главное, от кого? С матерью так не разговаривают. Казино, выигрыш, то, се… Анне Никитичне знать это за ненадобностью. Видел Костя Лизину маму однажды, обыкновенная, затурканная жизнью одинокая женщина, немногим моложе его, хоуматтендент, обслуживает старика русского, ей только гемблингом интересоваться, больше нечем. Лучше бы о мебели купленной дочка ее спросила, на деньги, что дал он перед поездкой. А была ли мебель, может, и нет никакой мебели, а есть совсем другое…
В таком смурном состоянии возвращается Костя в номер, Лиза укладывает вещи, завтра спозаранок уезжать в Мюнхен, веселая, козочкой прыгает, ластится, Костя натужную улыбку выдавливает, нехотя на ее поцелуи отвечает, а пичуга ничего не замечает. Только спрашивает, чего он такой задумчивый, и, кажется, не слышит ответа – он не задумчивый, а сосредоточенный, обдумывает очередную главу романа. Костя-то свой смысл вкладывает: не литература волнует его сегодня, а отношения с Лизой, роман их, который, возможно, затухать начнет. А так, признаться, не хочется!..
Ни полсловом, ни намеком не дает Лизе понять, что поймал обрывок ее разговора телефонного. Старается смотреть на нее прежними глазами, будто ничего не изменилось. Смотрит и думает об
– Сорок лет экспериментировали, и наконец удалось. Высокая эффективность, никаких побочных явлений, – переводит из газеты. – Как заявил один из проводивших исследования нового препарата доктор Ричард Андерсон, проверка показала, что он отличается не только стопроцентной надежностью, но и не вызывает таких неприятных явлений, как скачки настроения, повышение свертываемости крови, тошнота, головокружение, головные боли, что, увы, встречается у женщин при приеме контрацептивов. На тысячах добровольцах проводились исследования – в Америке, Шотландии, Китае.
Ну а потом что? – Лиза придвигается к нему, кладет руку на колено. – Мужику, конечно, в кайф, избавится от резинки мерзкой, про нас, баб, я уж и не говорю. Но, допустим, захочет мужик детей иметь, как же ему быть?
– Все предусмотрено. Перевожу дословно: мужской организм вновь способен вырабатывать жизнеспособную сперму через шестнадцать недель после прекращения приема таблеток. Таблетки останавливают выработку спермы благодаря действию прогестогена, входящего в состав женских контрацептивов. Но гормон этот останавливает и выработку мужского гормона тестостерона, поэтому для поддержания необходимого баланса придется носить небольшой тестостероновый пластырь, менять его следует каждые три месяца. При этом удастся как остановить выработку спермы, так и избежать изменений гормонального фона и связанных с этим физиологических последствий.
– И когда чудо это появится?
– Обещают в течение ближайших двух лет.
– Здорово! Успеем с тобой попользоваться. Хотя я не особенно липучая. Правда, ты меня бережешь, в опасные дни в меня не… но все же.
