Джинни сидела на краю кровати, перебирая в голове все возможные варианты. Она должна решить проблему с крысой как можно раньше, чтобы избежать будущих проблем, но мысли путались, и каждая новая идея только добавляла беспокойства. В конце концов, ей нужно было действовать, и чем быстрее, тем лучше.
Но Мерлин его побери, как?! Или бросить всё к драклам и оставить с этим разбираться золотому трио? А что, мысль дельная: придумать байку для Гарри проще, чем для Люпина. Джинни легла спиной на кровать и глубоко задумалась.
Она может начать разговор о недостающем пальце крысы, и... Чёрт! Реддл ей бы пригодился с его знаниями и умениями. Похоже, придётся принять его "
— Джинни, ты не идёшь на зелья?
— Иду, а уже время? — всполошилась Джинни, подпрыгнув и схватившись за сумку.
— Ещё около получаса до зелий, — ответила Кэтрин, прихорашиваясь у зеркала.
— А где Мэри? — спросила Джинни, поняв, что уже долгое время не слышала болтовни подруги, которая обычно жужжала на фоне, не переставая.
Кэтрин, поджимая губы, размазывала по ним блеск, она пересеклась через отражение с Джинни взглядом и хитро улыбнулась.
— У неё свидание с когтевранцем Ричардом.
— У Мэри?! — удивилась Джинни, чуть не уронив сумку из рук. — Жуть!
— Анисия даже сказала, что видела, как они целовались на днях! — восторженно произнесла Кэтрин, большая любительница любовных рассказов и сплетен.
Джинни скривилась, преувеличенно показывая, насколько отвратительной она считает всю эту слюняво-морковно-любовную тему. Она скрестила руки, чувствуя желчь у корня языка: почему в последнее время все её знакомые как один влюбляются и щебечут о любви? То Перси ходит с замыленным взглядом, не видя и не слыша никого, кроме своей Кристалл, то Рон с его влюблённостью в Гермиону, которую он и сам не осознаёт, и то же самое с Гермионой в отношении Рона. Теперь в этом полку прибавление в лице Мэрибелл, а что будет с Лоуренсом? Джинни была уверена, что ему нравится Мэри!
— Джинни, ты ещё такой незрелый ребёнок! — хихикая, пропела Кэтрин, отходя от зеркала. Она, кружась словно в вальсе, подошла к насторожившейся Джинни. — Нам же не по восемь, а уже по двенадцать, а кому-то и все тринадцать лет! Это самое время влюбляться и веселиться! — сказала Кэтрин, мазнув напудренной кисточкой по носу Джинни. Та из-за пудры и щекотки громко чихнула и быстро вытерла нос рукавом.
— Что за нелепости ты говоришь? Взрослость не выражается в любовных увлечениях с мальчишками! Я хорошо учусь и занимаюсь зельями, вкладываясь в своё будущее как мастера зельевара, — грубовато ответила Джинни. — Вот это я считаю проявлением взрослости, здравое расставление приоритетов.
Кэтрин сменилась в лице, порозовев, обиженно насупив брови, она серьёзно посмотрела на Джинни.
— Ты хочешь сказать, что это мы дети? Или, может, ты считаешь нас на фоне себя глупыми и незрелыми? — скрестив руки на груди, вздернула Кэтрин подбородок.
— Я считаю глупыми не вас, а ваши убеждения.
— Это одно и то же! — прикрикнула Кэтрин, топнув ногой.
Джинни закатила глаза: ей не хотелось вступать в перепалку и тратить силы и энергию попусту. Она попыталась обойти Кэтрин, но та вновь и вновь загораживала ей проход, твёрдо стоя на своём. Джинни тоже остановилась и посмотрела на соседку сверху вниз, рост ей это очень даже позволял.
— Что ты делаешь?
— Что же я делаю? Такая незрелая я, думаю только о мальчишках, что же я могу делать? — задумчиво протянула Кэтрин, приложив указательный палец к губам. — Веду себя как незрелая дурочка.
— Я не хотела тебя обидеть, Кэтрин.
— Но ты сделала это.
— Извини, я не это имела в виду.
Дверь скрипнула, и они обе обернулись на приоткрывшую дверь Анисию. Она заглянула и, оглядев девочек, ощутила накал магии между ними. Она прочистила голос и негромко сказала:
— Вы скоро? Уже меньше десяти минут до начала урока.
— Сколько?! — крикнула Джинни. Она переглянулась с Кэтрин и, схватив и её сумку, тоже побежала к двери.
— Сиси, почему ты не предупредила раньше?! Мерлин, Снейп убьёт нас, как пить дать, снимет с полтинник баллов!
— А что я-то сразу?! Это вы спорили, а виновата я! Из-за вас и я опаздываю! — обиженно воскликнула Анисия, на бегу рядом с Кэтрин. Джинни бежала впереди них обеих, в сумке дребезжали колбы, ударяясь друг о друга, а сама сумка подпрыгивала, ударяясь о бок Джинни в такт её бега. Она быстро сбежала по лестнице и коридорам, спустилась в подземелье. От быстрого бега у неё раскраснелись щёки, и она чувствовала, как её центр тяжести тянет вперёд. Но Джинни бежала, подгоняемая уже звучащим в её голове выговором профессора Снейпа. Он и так не питал особой симпатии к Гриффиндору, а опоздание на его урок было равносильно самоубийству.
