«Кенигсберг» 29 октября, после долгих шестинедельных поисков, обнаружил британский крейсер «Чатам». На следующий день к нему прибыли в подкрепление еще два «тауна» — «Дармут» и «Веймут». Усмешка судьбы (или гримаса — тут, что кому нравится) заключается в том, что именно в этот день совершенно заморенные туземцы доставили спешно отремонтированный в мастерских «столицы» ГВА паровой котел. Его начали спешно устанавливать, но даже последний юнга из команды понимал — прорыв в море теперь невозможен, а на якорной стоянке в тропической реке можно ожидать лишь смерть — и очень скорую, судя по настрою англичан.
Однако «тауны» имели большую осадку, чем загнанный в капкан германский рейдер, и входной бар могли преодолеть только весною, во время половодья. Густые мангровые заросли хорошо маскировали «Кенигсберг», несколько обстрелов с моря сразу трех крейсеров не принесли даже случайного попадания. И вот только тут английское командование всерьез задумалось — как достать и утопить в зловредной речке постоянно ускользающего от праведной мести врага?!
Вначале попытались торпедировать с катера — целая флотилия мелких суденышек попыталась гурьбой прорваться через речной бар, прикрывая кабельное судно «Дюплэ», что вело на буксире катер с торпедой. Затея с треском провалилась — в катер попал 37 мм снаряд, тот так и не подошел к цели, а торпеда ушла в болото.
Однако англичане недаром славятся мертвой хваткой и чрезвычайной изобретательностью. Мысль о том, что придется держать три новых «города» для блокады одного, выводила их из себя. Угольщик «Ньюбридж» превратили в брандер, и он в сопровождении паровых катеров вошел в тот рукав, что облюбовал в качестве убежища «Кенигсберг». Несмотря на сильный огонь «отряда Дельта» англичане провели и затопили транспорт, посчитав, что теперь перекрыли врагу дорогу в океан. Но через неделю осознали с досадой, что лишь немного осложнили жизнь «заклятому другу» — тот мог выбраться в море через другой рукав.
Началась долгая многомесячная осада — новые «тауны» сменили совсем древние «цветы» — в Адмиралтействе посчитали, что «Астрея» с «Гиацинтом» при помощи «Фокса», в корне пресекут любую попытку прорыва (все же три десятка пушек, да еще шестидюймовых против 10 105 мм). Предприняли высадку десанта — но немцы обустроили в дельте целый укрепрайон и легко отбили вялые атаки. Попытались использовать для бомбардировки с воздуха аэропланы, но влажный климат Африки оказал разрушительное воздействие на полотняную обшивку.
На Рождество противники обменялись поздравлениями. С «Фокса» радировали. — «Мы желаем вам счастливого Рождества и счастливого Нового Года. Надеемся на скорую встречу». В ответ капитан цур зее Лооф вежливо поблагодарил своих тюремщиков:
«Благодарю, желаю вам того же. Если вы хотите видеть меня, я всегда дома».
Англичане, посчитав, что поздравлениями успокоили немцев, заняли остров Мафия в устье Руфиджи атакой шести рот индийских и африканских стрелков, которым оказал яростное сопротивление лейтенант Шиллер с двумя немецкими унтер-офицерами и двадцатью аскари. И хотя немцам пришлось отступить, они вскоре добились успеха, захватив выброшенный волнами на берег вооруженный тремя 120 мм пушками и двумя пулеметами пароход «Адъютант», совершенно неожиданно получив ценный подарок от врага. Сюрприз порадовал изможденных германских моряков — тропические болезни косили экипаж намного больше, чем вражеские обстрелы, а сам капитан Лооф боялся, что долгое стояние в илистой реке может окончательно вывести из строя машины.
В феврале англичане снова предприняли попытку атаковать с воздуха, доставив два «Сопвича» с поплавками. Однако один гидросамолет разбился, а второй пришел в полную негодность — проклятый тропический влажный климат погубил полотняные «этажерки», абсолютно не способные выдерживать такие температурные нагрузки.
Новая неудачная попытка только раззадорила англичан — и от берегов «туманного Альбиона» океанские буксиры повели в Средиземное море три монитора — «Хамбер», «Мерсей» и «Северн». Это были построенные по заказу Бразилии мощные, хорошо бронированные речные корабли в тысячу триста тонн водоизмещения, с двух орудийной башней в носу со 152 мм пушками, убийственными для «Кенигсберга». Плюс на каждом установили по паре 119 мм гаубиц — весьма опасных для пехоты, занявшей оборону в укрепленных сооружениях. К тому же команды уже имели изрядный боевой опыт — мониторы активно стреляли осенью по фландрскому побережью, поддерживая бельгийскую армию.
Однако англичане пока еще не знали, что в том же феврале 1915 года в кайзерлихмарине предприняли смертельно опасные для Королевского Флота приготовления…
Командующий Экспедиционной эскадрой
вице-адмирал Мур
Фолкленды
— Прах подери! Это катастрофа! Что скажут в Лондоне?!
