У вице-адмирала Мура задергалась щека от нервного тика — никогда в жизни его так не захлестывало чувство полной безнадежности и отчаяния. И было от чего — штурм Порт-Стенли не задался с самого начала. Нет, не с момента похода через суровый антарктический остров, а с первого дня высадки в бухте Сан-Карлос, где гунны показали, на что они способны. Ему бы обратить на это самое пристальное внимание, но излишний оптимизм генерала Гофа, его полная уверенность в успехе, вместе с желанием поскорее отбить у врага столицу Фолклендов, сыграли злую шутку.
Восьмитысячный британский отряд состоял из пехотной бригады злосчастного генерала, трех батарей королевской артиллерии и двух батальонов морской пехоты Ройял Нэви. Эти чисто пехотные части были усилены группой в тысячу триста моряков, главным образом из экипажей погибших броненосца «Албермал» и крейсера «Черный принц», усиленной дюжиной десантных пушек и двумя десятками снятых с кораблей пулеметов. Вполне достаточные силы, как показалось вначале похода, вот только победить они коварного врага никак не могли, теперь это стало предельно ясно из масштабов разразившейся катастрофы.
— Годдем! Так воюют дикие скифы или африканские зулусы, но не просвещенные европейцы!
Потери среди англичан оказались чудовищными — война шла беспрерывно днем и ночью. Немцы использовали бурскую тактику, только намного более изощренную. Меткие стрелки днем истребляли офицеров и лошадей, а ночью нападали на посты, зачастую их вырезая. Беспрерывно шли обстрелы, не давая солдатам долгожданного отдыха. Днем наступление постоянно тормозилось пулеметами — приходилось каждый раз на руках выкатывать пушки — однако расчеты заблаговременно снимались, выпустив пару лент, и занимали новые позиции, отступив на одну-две мили. И новым утром все начиналось сначала — противник постоянным артиллерийским и пулеметным огнем всячески тормозил продвижение английских войск, несмотря на прибытие подкреплений из Южной Африки в составе шести рот, половину из которых составили буры, доверять которым, как оказалось, было нельзя.
До Порт-Стенли экспедиционный корпус генерала Гофа шел две недели, испытывая страшную нужду. Припасов на транспортах хватало с избытком, вот только доставлять их пришлось на собственных спинах — гунны расстреливали лошадей в первую очередь, а доставка тракторов или автомобилей, в виду островного бездорожья, Адмиралтейством даже не рассматривалась — «первые лорды» не придали логистике должного внимания. Пришлось самим принимать меры — мобилизовали большую часть моряков транспортов, из южной Африки привезли носильщиков, главным образом индусов — а они от холода стали массово болеть и дохнуть. С неимоверными трудами протащили тонны боеприпасов, снаряжения и продовольствия, оборудовав, на полпути между бухтой Сан-Карлос и Порт-Стенли, большие временные склады под брезентовыми полотнищами.
В это время войска Гофа уперлись в оборонительные позиции противника с центром на горе Лонгдон. Упорные бои шли четыре дня — и англичане не выдержали вражеской контратаки. Под воздействием немецкой агитации восстали буры, нанеся удар в спину измотанным, голодным и смертельно уставшим солдатам и морякам британской короны. Вот так обходится милосердие, которое проявил Лондон к своим недавним врагам!
Отступление вскоре переросло в паническое бегство четырехтысячной людской массы. Побросали все пушки и пулеметы, зачастую и винтовки, на милость врага оставили полевые госпиталя с ранеными и больными. Однако спасения не было — немецкие отряды, как партизанские отряды буров в прошлой войне в начале века, вышли глубоко в тыл. И, разоружив немногочисленную охрану, захватили большие склады со многими сотнями носильщиков, что безропотно подняли руки вверх. И преградили путь отступавшим британским солдатам и морякам к заветной бухте, заняв оборонительные позиции и выставив пулеметы.
Воля к борьбе покинула изможденных англичан — они стали массово сдаваться преследующим немцам, у которых имелась даже кавалерия, пусть немногочисленная, где-то с эскадрон. Попал во вражеский плен и сам генерал Гоф, без памяти, контуженный разрывом снаряда. Вырвались с боем из окружения несколько сотен морских пехотинцев и остатки корабельных экипажей, пошедших в десант. Несколько часов тому назад оборванные, продрогшие и оголодавшие люди вышли на берег бухты — едва двадцатая часть из тех, кто высадился три недели на этом берегу. Преследующие их разъезды улан отогнала огнем корабельная артиллерия…
— Аэропланы!
