| Under two conditions only, however, may you be killed by us without orders from Tal Hajus; in personal combat in self-defense, should you attack one of us, or were you apprehended in an attempt to escape. | Но без приказания Тала Хаджуса мы можем убить вас лишь при двух условиях: в личной схватке при самообороне, если бы вы напали на одного из нас, или же если бы вы были захвачены при попытке к бегству. |
| "As a matter of justice I must warn you that we only await one of these two excuses for ridding ourselves of so great a responsibility. | В интересах справедливости я должен предупредить вас, что мы только и ждем одной из этих двух возможностей, чтобы освободиться от столь тяжелой ответственности. |
| The safe delivery of the red girl to Tal Hajus is of the greatest importance. | Для нас чрезвычайно важно доставить красную девушку к Талу Хаджусу. |
| Not in a thousand years have the Tharks made such a capture; she is the granddaughter of the greatest of the red jeddaks, who is also our bitterest enemy. | За целое тысячелетие тарки не имели еще такой добычи. Она внучка величайшего из красных джеддаков и нашего непримиримейшего врага. |
| I have spoken. | Я кончил. |
| The red girl told us that we were without the softer sentiments of humanity, but we are a just and truthful race. | Красная девушка сказала, что нам недоступны мягкие человеческие чувства, но мы народ прямой и справедливый. |
| You may go." | Вы можете идти. |
| Turning, I left the audience chamber. | Я повернулся и покинул приемный зал. |
| So this was the beginning of Sarkoja's persecution! | Так вот начало преследований Саркойи! |
| I knew that none other could be responsible for this report which had reached the ears of Lorquas Ptomel so quickly, and now I recalled those portions of our conversation which had touched upon escape and upon my origin. | Я знал, что никому иному не могу быть обязан этим доносом, так быстро достигшим ушей Лоркаса Птомеля. Теперь я припомнил те отрывки своего разговора с Деей Торис, которые касались предполагаемого бегства и моего происхождения. |
| Sarkoja was at this time Tars Tarkas' oldest and most trusted female. | Саркойя в это время была старшей и доверенной прислужницей Тарса Таркаса. |
| As such she was a mighty power behind the throne, for no warrior had the confidence of Lorquas Ptomel to such an extent as did his ablest lieutenant, Tars Tarkas. | Это давало ей большую власть за кулисами трона, так как никто из воинов не пользовался таким доверием Лоркаса Птомеля, как его наиболее способный сподвижник, Тарс Таркас. |
| However, instead of putting thoughts of possible escape from my mind, my audience with Lorquas Ptomel only served to center my every faculty on this subject. | Однако моя аудиенция у Лоркаса Птомеля не только не изгнала из моей головы мыслей о бегстве, но, наоборот, я сосредоточил на них все свое внимание. |
| Now, more than before, the absolute necessity for escape, in so far as Dejah Thoris was concerned, was impressed upon me, for I was convinced that some horrible fate awaited her at the headquarters of Tal Hajus. | Яснее чем когда-либо представилась мне теперь необходимость бегства, по крайней мере, для Деи Торис, так как я был убежден, что в резиденции Тала Хаджуса ее ожидает ужасная судьба. |
| As described by Sola, this monster was the exaggerated personification of all the ages of cruelty, ferocity, and brutality from which he had descended. | По описаниям Солы, это чудовище было живым олицетворением жестокости, свирепости и варварства минувших веков. |
