– Попробуем его обновить. Вернуть в современность. Похоже, он сейчас в мире древних компьютеров. А как тебе понравится Фортран-95?
– REAL. NOT. END. DO, – ответил величайший в мире компьютер.
Эммет поменял диск. Космос зашипел, заурчал, экран его тускло засветился.
– Переваривает, – сказал Эммет. – Сожрал и переваривает.
И тут наконец Космос заговорил на языке, который они понимали:
– Чё за дела?
– Космос! – возбуждённо воскликнула Анни. – Ты ожил! Какое счастье! Пожалуйста, открой нам портал, прямо сейчас! Мне очень нужно посмотреть на…
– Ща всё брошу… – лениво протянул Космос.
– Пожалуйста, Космос, помоги! – не выдержал Джордж. – У нас большие неприятности. Без тебя никак!
Привычная нам система счета имеет основание 10 по числу цифр от 0 до 9. Место каждой цифры в числе называется позицией. Считая от 1 до 9, мы заполняем позицию «единиц». Затем переходим к позиции «десятков» (цифра в этой позиции показывает, сколько десятков в числе). Дойдя до 99 (9 «десятков» + 9 «единиц»), переходим в позицию «сотен» (100 = 10 × 10). А после 999 – в позицию «тысяч» (1000 = 10 × 10 × 10). И так далее.
В двоичной системе всего две цифры – 0 и 1. Поэтому она имеет основание 2, а каждая позиция – произведение «двоек», а не «десятков»: 2, 4 (2 × 2), 8 (2 × 2 × 2) и так далее. Число 3 в двоичной системе записывается так: 11 (1 «двойка» и 1 «единица»). А так выглядит счёт от 1 до 10: 1, 10, 11, 100, 101, 110, 111, 1000, 1001, 1010.
Первые программисты использовали двоичную систему для простоты: гораздо проще разработать микросхему, у которой есть только два положения – «включено» и «выключено». Двоичный код идеально подходил для первых компьютеров, электроника которых «понимала» только «вкл» и «выкл» (то есть 1 и 0). Так сложнейшие вычисления производились с помощью простых микросхем.
– А чё я-то? Сижу, тащусь, – ответил самый умный компьютер в мире.
– Что-что ты делаешь? – ушам своим не веря, переспросил Джордж и придвинулся ближе к экрану.
– А ну не лезь! – крикнул вдруг Космос. – Чего вылупился?
– Космос, у нас огромные трудности… – начал снова Джордж.
– Свободен! – перебил Космос. – И не пялься на мой экран, понял?
– Космос, – нежно проворковала Анни, – кто тебя обидел, чувачок?
– Да зануды эти. Достали, – пожаловался в ответ Космос. – А ты ничё, клёвая.
– Ты тоже чёткий пацан, – расцвела Анни. – Приколись, старичок, тут у нас полная лажа. Предок мой ваще типа на ушах – какие-то бакланы наехали на его робота.
– Во уроды! – воскликнул Космос, и в голосе его впервые послышалась заинтересованность.
Джордж и Эммет слушали этот диалог с отвисшими челюстями.
– Ты же супербизон, Космос! – щебетала Анни. – Мегамонстр! Поможешь нам найти этих кренделей?
– Базара нет, – ответствовал Космос. – Я с вами.
Анни с самодовольной ухмылкой повернулась к мальчикам:
– Слыхали? Он сказал, что я клёвая! Ой, смотрите! Портал!
Из экрана Космоса в дальний конец комнаты протянулся тоненький луч света: компьютер рисовал портал – дверь, через которую Джордж и Анни когда-то уже выходили в открытый космос. Дверь эта распахнулась; за ней оказалось чёрное небо, усеянное звёздами, блестевшими во много раз ярче, чем когда видишь их с Земли.
В проёме появилась какая-то красная планета.
Джордж шагнул к порталу; но не успел он сделать второй шаг, как дверь с грохотом захлопнулась прямо у него перед носом и на ней появилась табличка – тетрадный листок с кривыми буквами: «Не влезай, убьёт!» В тот же миг все трое подпрыгнули, потому что из-за двери грянула оглушительная электронная музыка.
– Анни, что это всё значит? – спросил Джордж, когда музыка так же внезапно смолкла.
– Я не знаю, – сказала Анни, – но Космос ведёт себя точь-в-точь как мальчишки постарше из моей бывшей школы. Они так говорят, чтоб казаться крутыми.
– А сколько им лет, этим мальчишкам? – спросил Джордж.
– Лет четырнадцать, наверно. А что?
