Но когда Диана услышала, как его избивают, она вернулась, размахивая пистолетом, и велела бандитам убираться из ее дома. Видя, что они не послушались, она выстрелила в них, но промахнулась. И тогда они застрелили ее. После этого гангстеры сказали Умберто, что это только начало: если он не отдаст им четыре драгоценных камня, в следующий раз они заберут его дочерей.
На этом месте у нас с Дженис одновременно вырвалось:
- Значит, ты не убивал маму?
- Конечно, нет! - возмутился Умберто. - Как вам такое в голову пришло?
- Ну, ты же лгал нам двадцать лет, - ответила Дженис, кашляя на каждом слове.
Умберто глубоко вздохнул и снова зашевелился, пытаясь найти мало-мальски удобную позу. Подавленный и уставший, он рассказал, что, после того как бандиты убили Диану и ушли, он был вне себя от горя и не знал, что делать. Меньше всего он хотел звонить в полицию или священнику, рискуя, что какие-нибудь бюрократы заберут детей, поэтому он взял тело Дианы и поехал в пустынное место, где столкнул машину с обрыва, чтобы казалось, что она погибла во время аварии. Подложив в машину кое-какие детские вещички, чтобы люди сочли погибшими и малышек, он отвез дочерей к крестным родителям, Пеппо и Пии Толомеи, и уехал прежде, чем они успели задать хоть один вопрос.
- Подожди, а как же пулевое отверстие на теле? - не выдержала Дженис. - Разве полиция не заметила, что мама умерла до аварии?
- Я поджег машину, - нехотя ответил Умберто после некоторого колебания. - Я рассчитывал, что они не станут особо тщательно копать. Зачем им это? Свои чеки они получат в любом случае. Но какой-то умный осел начал задавать вопросы, и не успел я опомниться, как на меня повесили все - профессора, пожар, вашу маму… даже вас двоих, прости Господи!
В ту же ночь, сказал Умберто, он позвонил тетке Роуз в США и представился офицером сиенской полиции. Он сообщил, что ее племянница погибла, а ее дети остались пока у родственников, но в Италии для них небезопасно, поэтому лучше прилететь и забрать их как можно быстрее. После звонка он поехал на машине в Неаполь и навестил убийц Дианы, а также многих других, знавших о сокровище. Он не пытался маскироваться. Единственный, кого он не убил, был Кокко - рука не поднялась застрелить девятнадцатилетнего сопляка.
После этого он исчез на много месяцев, скрываясь от полиции, и, в конце концов, уехал в Штаты, решив разыскать девочек и убедиться, что с ними все в порядке. У него не было заранее обдуманного плана. Узнав, где они живут, он просто бродил вокруг, выжидая удобного случая. Через несколько дней он увидел в саду женщину, обрезавшую с кустов лишние бутоны и обиравшую отцветшие розы. Предположив, что это тетка Роуз, он подошел и осведомился, не нужен ли ей помощник по саду. Так все и началось. Через полгода Умберто переехал к ним жить, согласившись работать практически за стол и кров.
- Не верю! - вырвалось у меня. - Неужели она ни разу не поинтересовалась, как ты… оказался у ее сада?
- Она была одинока, - буркнул Умберто, не слишком гордясь собой. - Слишком молода для вдовы, но слишком стара для матери. Она поверила бы во что угодно.
- А как же Ева-Мария? Она знала, где ты?
- Я не терял с ней связь, но никогда не говорил по телефону, где я. И не рассказывал о вас.
Умберто объяснил, чего боялся. Узнай Ева-Мария, что у нее две внучки, она настояла бы, чтобы все они вернулись в Италию. Умберто хорошо понимал, что ему дорога на родину заказана - его узнают и немедленно арестуют, несмотря на другое имя и фальшивый паспорт. Даже если бы Ева-Мария не настаивала на возвращении, Умберто достаточно знал свою мать, чтобы понимать - она придумает какой-нибудь способ увидеть девочек, создав, таким образом, угрозу их безопасности. Или проведет остаток жизни в тоске по внучкам, которых никогда не видела, и, в конце концов, умрет с разбитым сердцем, наверняка обвиняя Умберто. По всем этим логичным и веским причинам он ничего ей не говорил.
Время шло, и Умберто начал верить, что его зловещее прошлое забыто навсегда. Но все оборвалось в один миг, когда однажды у дома тетки Роуз остановился черный лимузин. Из машины вышли четверо - в одном из них он сразу узнал Кокко. Умберто не знал, как они вышли на его след, но предполагал, что они могли подкупить кого-нибудь в разведывательном ведомстве и те отследили телефонные звонки Евы-Марии.
Гангстеры напомнили Умберто, что за ним до сих пор числится должок, который пора отдавать, иначе они поймают его дочерей и сотворят с ними что-нибудь ужасное. Умберто ответил, что денег у него нет, но они посмеялись и напомнили о статуе с четырьмя драгоценными камнями, которую он обещал им много лет назад. Когда он попытался объяснить, что это невозможно, путь в Италию ему закрыт, они пожали плечами и сказали: «Очень жаль; значит, мы поехали за твоими дочерьми». В конце концов, Умберто согласился начать поиски камней, и бандиты дали ему на это три недели.
