Я повернулась и уставилась на друга во все глаза. Это было слишком очевидным, слишком прозрачным, чтобы быть правдой.
— Ни с Эриком, ни с Максом я, понятное дело, не говорил об этом, — продолжал Дарра, не замечая мой взгляд. Он смотрел на стену. — Но слухи ходят.
Я открыла рот, но голос не поддался. Пришлось прокашляться и повторить попытку:
— С чего бы ему это делать?
Дарра передернул плечами, всё еще не отрываясь от созерцания заката.
— Говорят, что он убеждал Макса в том, что меня эта работа загубит. Мне нужно работать в разведке, чтобы не терять навыков.
Он сделал паузу и, наконец, повернулся ко мне. Его лицо было искажено подобием извиняющейся улыбки.
— А тебе якобы в самый раз быть на побегушках, — Дарра скривился и доверительно прошептал: — Потому что ты девчонка.
Как похоже и непохоже на Эрика одновременно. Унижать меня перед Лидером тем, что я девчонка, а потому не достойна высокой оценки и занимаемой должности, добиваясь полного контроля надо мной. Может, я вовсе и не нужна ему. Может, добейся он того, чтобы нас с Даррой поменяли местами, он остался бы холодным и отстраненным. Просто я постоянно была бы под его присмотром. Все время где-то неподалеку.
Эта мысль приятно защекотала изнутри.
Я заставила себя прервать паузу и, натянув на лице недоумение — пытаясь не улыбаться довольно — сказала:
— Бред какой-то.
Дарра приподнял бровь.
— Не обижайся, конечно, — весело продолжала я. — Но с чего Эрику проявлять к тебе такую заботу?
— Всего лишь слухи, — развел руки Дарра, и мы засмеялись. Натянуто и коротко. Дарра, очевидно, был совсем не против того, чтобы его тоже определили в разведку. Он казался очень обеспокоенным тем, как бездарно тратит время и силы.
Я окунулась в приятные густые мысли о том, что Эрик, забыв про осторожность, так рьяно пытался изолировать меня от других и приблизить к себе. Мне очень хотелось, чтобы всё было именно так. И чтобы его действия — и слухи о нем, очень похожие на правду — были спровоцированы мыслями обо мне, а не оказались случайным — выгодным для меня — совпадением.
Потому что на Эрика это было непохоже. Вот так рьяно и открыто метить территорию.
Но на него не было похоже и другое: проявление чрезмерной заботы к новичкам, преждевременное выделение комнат для их удобства и беспокойство о загубленных талантах лучшего из новичков.
Им руководило что-то совершенно иное?
Что это может быть?
========== Глава 9. Мост. ==========
Решение отправиться к Тори после возвращения с дежурства на стене появилось из ниоткуда, возникло, словно естественная потребность. Я не сомневалась и не задавалась ненужными вопросами о целесообразности своего выбора, я просто направилась прямиком в тату-салон, не заглядывая в столовую на ужин или в свою комнату.
Когда я вошла в шумное накуренное помещение, где музыка, жужжание тату-машинок, голоса и смех сливались в единый равномерный гул, Тори была у своего рабочего места. Ее длинные темные волосы волнами спадали вниз, закрывая ее лицо и руки. На кресле перед ней развалилась девица с ярко-белым ирокезом, неестественно тонким и кажущимся даже острым.
Я решила окликнуть Тори и предупредить, что я намерена попасть к ней сразу после этой клиентки, а затем пошла к бару. Тут почти не было людей. В одном углу стойки собралась небольшая компания и с громким гоготом слушала какую-то историю. Недалеко от них сидели два парня: один показывал что-то руками и всё указывал пальцем на лист бумаги перед ними, а второй молча кивал и рисовал, зачеркивал, стирал и перерисовывал.
Я умостилась подальше от них и заказала себе водку с энергетиком. В последнее время это был мой любимый коктейль, он быстро доводил до состояния беззаботного веселья и приятно горчил. В нем не было никакой неестественной сладости или сильного фруктового аромата, которые так не нравились мне в других напитках.
— Привет! — прозвучало очень близко и одновременно почти неразличимо на фоне общего шума.
Я оглянулась к источнику звука. Рядом со мной, перевалившись через стойку, оказалась Крупная девица, попавшая когда-то в мой отряд и постоянно возникающая в одной компании со мной, то флиртующая с одним, то целующаяся с другим. Мне она никогда не нравилась. И сейчас, желая побыть наедине с собой, я была ей особенно не рада. Но улыбнулась.
— Привет! — ответила я, разглядывая ее. Ее непослушные волосы неопределенного цвета были собраны в пучок, виски и бока были выбриты, в ушах виднелись черные изогнутые рожки сережек. Черная — тесная для ее необычайно мясистого тела — футболка с названием бара и тату салона спереди. — Тебя сюда распределили?
Крупная активно закивала.
— Тебе налить еще?
— Нет, спасибо, — и для наглядности придвинула стакан поближе к себе. Я собиралась и вовсе отвернуться, но Крупная снова подалась ко мне над стойкой.
— Видела Тимоти? — поинтересовалась она и выразительно скосила глаза в сторону. Я посмотрела в том направлении и сначала безразлично скользнула взглядом по мастеру, согнувшемуся над рукой клиента. А затем разглядела в последнем Тима.
