— Постойте! Сейчас будет замечательный момент. Вслушайтесь в слова, которые говорит Диана: «Сильней любви в природе нет начала». Как вам эта фраза? Чудесно сказано, не правда ли?
И Игорь выразительно посмотрел ей в глаза…
— Знаешь, ведь это все не просто так! — уверяла ее Лиза. — Сашка мне рассказал, что Игорь ему настоящий допрос про тебя учинил — что тебе нравится да что не нравится, чем ты увлекаешься…
— Неужели я произвела на него такое впечатление? — не слыша подтекста в словах подруги, Вика так и светилась от радости.
Первой близости она боялась как огня. Но ее возлюбленный был так внимателен, так нежно-настойчив, так заботлив, что она быстро забыла обо всех своих комплексах. А потом случилось чудо — она поняла, что испытывает истинное наслаждение. Оказывается, Вика совсем не была фригидной. Просто рядом не было нежного понимающего и любящего мужчины, который мог бы ей это дать понять.
С тех пор ее привязанность к Игорю не знала границ. Она боготворила его, сильнее, чем когда-то Берту, и даже сильнее, чем отца. Только с ним Виктория по-настоящему поняла, что значит быть женщиной — любимой, желанной, оберегаемой от забот. Игорь не уставал удивлять ее своим вниманием, своей чуткостью. Он улавливал малейшие нюансы ее настроения, постоянно расспрашивал ее о том, что она думает и чувствует, будил в ней воспоминания и с интересом выслушивал ее откровения. Подобной близости с другим человеком у Виктории не было никогда в жизни. Она открыла Игорю весь свой внутренний мир, рассказала обо всем, что долгие годы хранилось в ее душе. Игорь великолепно умел слушать. Он не только молчал, не перебивая и не переводя разговор, но и всегда развивал начатую ею тему, говорил именно то, что ей нужно было услышать.
Так, когда она поведала ему о своих проблемах, связанных с матерью и ее воспитанием, Игорь заметил:
— Знаешь, мне кажется, что она просто ревновала к тебе твоего отца. Ты ведь очень привлекательна как женщина. А она ненавидела всех женщин в мире, особенно молодых, как потенциальных соперниц. Ведь, согласись, твой отец сильно любил тебя, уверен, что намного сильнее, чем ее. И она не могла тебе этого простить.
Вика была в шоке от этих слов. Но после них, как ни странно, она совсем иначе стала смотреть на мать и даже начала лучше относиться к ней. Да, Мария Львовна допустила много ошибок, причинила ей, своей дочери Вике, много горя и боли. Но ведь она делала это потому, что любила. Любила так же, как теперь любила она, Виктория. Она ведь тоже отчаянно ревновала Игоря ко всем женщинам в мире и готова была на все, чтобы его не потерять.
«Жизнь отдам и не спрошу я, для чего тебе она…»
Когда я, в шестом часу утра, наконец, ввалился домой, на улице уже светало. Я кое-как добрел до кровати и собирался упасть и отрубиться, когда увидел, что на разобранной чьей-то заботливой рукой постели белеет поверх подушки сложенный листок бумаги. Я развернул записку и прочел:
«Братик, тебе звонили из Германии. Твой поверенный вылетел в Москву».
Новость порадовала. Хоть чем-то хорошим закончился этот сумасшедший день! Я повалился на кровать, уснул как убитый и проспал до полудня.
Разбудила меня Бася — громким стуком в дверь.
— Подъем, лежебока! — позвала она. — Двенадцать часов, все уже давно остыло.
Вместе с Викой, похоже, тоже недавно проснувшейся, мы позавтракали на большой генеральской кухне.
— Я смотрю, вы уже вовсю друг на друга влияете, — добродушно ворчала Бася, накладывая нам на тарелки пышный омлет с ветчиной. — Ты, Герман, тоже, как Вика, стал — ложишься на утренней заре, встаешь за полдень. И ты, Виктория, тоже хороша. Нет чтобы чему-нибудь хорошему брата научить…
Мы понимали, что она шутит, и только смеялись, уплетая за обе щеки Басину стряпню.
— Ба, а у нас для тебя новость, — сказал я, допивая кофе. — Скоро из Германии прибудет поверенный твоего Отто, моего дедушки. Он сказал, что у него какое-то дело к тебе.
Бася всплеснула руками:
— Господи, что же ты раньше не сказал? У меня же ваниль закончилась, как же я торт печь буду? Он когда к нам придет?
— Не знаю, — я даже растерялся немного. — Но, думаю, не сегодня.
— Ну, слава богу, до завтра-то я успею ваниль купить…
— А сегодня придет Игорь, ты помнишь, Бася? — Так вот от чего у моей сестры все утро так светятся глаза. — Он очень хочет познакомиться с Германом.
— Конечно, Вика, — закивала моя дорогая Ба. — Но это-то мы с тобой давно обговорили и меню ужина продумали…
— Знаешь, Басенька, мне кажется, ужин все-таки придется делать не на четверых, а на пятерых. — Вика налила себе еще немного кофе. — Я почти уверена, что Лиза тоже сегодня заглянет. Герман, — она игриво покосилась на меня, — произвел на нее неизгладимое впечатление. Лиза только о нем и говорит. Уж не знаю, чем ты ее так очаровал…
— Это у него наследственное, — вздохнула Бася.
