Фронт кипел, и всё же у предателей всё получалось. Святые маги отступали всё дальше и дальше. Враги намеревались взять абсолютно всех своих противников в клещи, заставить отступить в громадную многокилометровую воронку и там расправиться с ними до самого конца, плотно замыкая своё кольцо. Войска Либерта наступали сразу с двух сторон и везде святые маги беспомощно отступали, стараясь бороться изо всех сил. Приказа на использование магии всё не поступало и не поступало, потому оружие в руках по-прежнему оставалось добрым и верным другом.
Бой не утихал. Оружие ловко крутилось в зажатой руке, а магия всё не иссякала, сколько её не руби. Заклинания иной раз могли лавировать и увиливать просто громаднейшее время, покуда маг не бросал оружие от злости, усталости и разочарования. Именно в такие моменты их тело пронзала молния, или обдавал своей магией ужасный напористый ветер, а может и пронзали толстые стебли растений, насквозь протыкающие жертву и с удовлетворением следившие за её печальной кончиной. Воплощённые заклятья были страшны и беспощадны, не давая святым магам ни единого шанса на победу.
— Отступаем! Отступаем! — кричали солдаты, пытаясь хоть как-нибудь выровнять свои боевые порядки. — Поток магии скоро должен иссякнуть. Наша задача сейчас отходить и соединяться в общий строй.
Отступая да изредка прочерчивая широкую дугу своим мечом, сразу делящую несколько стихийных сфер на мелкие части разобщённой маны, солдаты видели остатки того, что раньше звалось полем боя, фронтом, что раньше звалось их армией и верными друзьями. Слёзы невольно срывались с их ресниц — когда же закончится эта мука, этот ад, эта война? Почему молчат архимаги? Почему воины света и добра вынуждены отступать как трусы, даже не пробуя достойно ответить врагам за всех ими убитых достойных людей?
— Когда же всё прекратится? Простите нас. Все простите. Мы обязательно отомстим за вас, я обещаю… Боже, это же не может длиться вечность? — ревел один из солдат, шлем которого давно канул под множественными, истерзанными сталью да магией телами. И разве Бог бы позволил всему этому случится? Разве он бы не помог достойным детям одолеть великого и опасного врага?
Ряды смыкались. Жалкая оставшаяся кучка некогда сильной и гордой армии сейчас проводила ротацию и перегруппировку, смотря на жалкие заклятья, оставшиеся от мощного магического потока. Они кружили, злились, но выжидали момент.
Предатели стягивали силы, громко хохоча да кислотно смеясь, до сих пор бодрые, смелые и неистовые, готовые идти до конца. Победа фактически оказалась в их неверных жестоких руках.
