— Ну что там, мой друг, участник Плана. Ты решился наконец? — ускорял Акбека довольный, но с каждой секундой всё более и более напрягавшийся Дамир. Его перо трепетало в воздухе, а простые ковбойские лёгкие одежды изгибались в разные стороны под напором этого ветра. Ветра перемен, что нёс в себе дух надежд на новое время, новый мир и новых людей, что воспитаются в нём. Дамир и остальные верили в это ещё сильнее, чем в самих себя…
— Хорошо, Дамир. Другого пути у меня и правда нет. Я не хочу умирать, а ведь меня непременно убьют, — подал голос Акбек, насуплено смотря на подходящую шатающуюся фигуру ещё недавно великого и самого сильного Верховного архимага, сейчас теряющего всё и всех буквально с каждой пролетающей минутой. — Прости меня, Вальтер. Я обещал служить Плану до конца и я отслужу. Дамир — я выбираю путь Демтурга, — гордо провозгласил лысый маг, почесав немного свою сверкающую макушку да поправив развевающиеся широкие штаны.
Дамир, услышав оглашённое решение, только тихо ухмыльнулся и улыбка его растянулась от уха и до уха:
— Правильно, молодец, я смотрю ты верный человек. Держи тогда и не спрашивай для чего это нужно, не спрашивай, — зашипел архимаг, внезапно ставший серьёзным. Он достал из глубокого кармана гранённый синий камень, на котором тут же заиграли прорывающиеся сквозь мощный магический шторм ярко-синеватые лучи, сейчас играющие реквием по всему, чего они касались. — Забирай. Это теперь твоё. Как настанет время, мы используем наши камни. Некромантия поможет… Да, она работает, я точно это знаю. Всё получится.
Акбек молча принял камень, крепко сжимая его в своём крепком, мужском кулаке. В нём ничего не чувствовалось, ни грамма магии. В его кулаке был самый обычный камень, но это не смутило Акбека. Он чувствовал что выбрал верный путь. Зритель наблюдал дальше, ощущая последнее биение Нижнего мира…
— Я обещал им всем. Обещал людям, магам, Богу. Я обещал быть с ними до самого конца. Я выбрал их сторону, выбрал сторону людей. Наших людей. Я выбрал путь процветания, уважения и старания. Я выбрал путь, нужный окружающим и доверявшимся мне людям. И я не подведу их… — кричал Верховный, уже осознающий собственное неумолимое падение. Всё когда-то заканчивается. Пришло время и этого загадочного могущественного человека в маске — настал и его час!
— Вальтер, ты выбрал затухающую эпоху, что осталась за твоими плечами. Я же выбрал восход и рождение. Примкни к нам! Ну, давай же. На нашей стороне правда. На нашей стороне и сам мир. Подумай, Вальтер… — старался вразумить Верховного Дамир, хоть и знал, что тот словно бы защищён непробиваемой бетонной стеной.
— Не за добро ты, Дамир. Не за добро… Предал ты людей, гнида! Отправил на убой за свои сказки… Помог предателям и змеям — этому Авиаду и пропавшей скотине Демиургу… Ты предал свою должность, продажная мразь… Ты позволил втянуть мир в Мировую Войну, ты помог организовать гнойник во главе с Эриком Мартеным, ты убивал невиновных людей, ты дал миру возможность погибнуть в страшной битве, где ты предал собственных братьев, друзей, соратников… Ты мразь, Дамир! Ради сказок, которыми тебя так давно пичкали, ты действительно готов убить всех и всё, весь этот мир! Ты ненавидишь простых людей, подонок! — кричал обессиленный владыка мира, глава архимагов, несчастный человек, теряющий всё что было когда-то вверено ему в попечение. — Одно меня волнует, бывший друг и брат — сам то ты готов умереть за собственные мысли и выдумки? Или задумал сбежать с грохочущего, горящего и тонущего корабля? А, Дамир? Скажи же мне!
— Заткнись, Вальтер! Просто молчи. Мы поможем всем этим людям. Мы очистим этот мир от грязи, высушим здесь затопленные места, мы потушим костры… Так будет лучше для всех! Стоит только доверится Демиургу, стоит лишь поверить… — надрывался Дамир, уже щупая в кармане свою заветную гранённую драгоценность, уже приливая к пальцам всё больше и больше маны…
— Ты не понимаешь… — продолжал шатающийся Вальтер. — Демиург — это смерть! Этот змей погубит всех нас. Одумайся! Он жесток, кровожаден и хладнокровен. Он пришёл сюда сеять вражду, врать, питать своим змеиным ядом… Одумайся и останови бойню за моей спиной! Искупи и ты свои грехи, вслед за несчастной жертвой, вслед за мучеником Либертом, — умолял он, наконец дойдя до лежащего холодного тела старика.
Дамир сглотнул, этот ковбой вздрогнул всем телом. Всё зашло слишком далеко. Вероятно, пришло время…
Вальтер взял на руки Адониса, взглянул ему в недвижимое лицо, погладил бороду, оглядел пустые руки — рядом лежал тяжёлый золотой крест, что так и не смог помочь усопшему, рядом лежала и раскрытая молитвенная книга. Глаза старика умоляли, надеялись, верили… Верховный архимаг провёл ладонью по лицу, навсегда прикрывая умоляющие о помощи глаза погибшего старика:
