Постояв немного под дверью, направилась по коридору, в ту сторону, что указал ей Барчук. Шла и разглядывала стены. Дом был очень большим. Интересным, удивительным, становилось понятно, что в его строительство вложено много сил и души, но, несмотря на это, дом казался пустым. Странно было думать, что в нём живёт один человек. Хотя, кто ей сказал, что Барчук живёт здесь один? Да, семьи, как таковой, у него нет. Насколько она смогла выяснить из сведений, по крохам собранным в интернете. Вычитала, что когда-то он был женат, что у него, опять же по слухам, есть взрослый сын, а вот избранницы его, подруги или любовницы никто в глаза не видел. Свою личную жизнь Михаил Сергеевич хранит в тайне. Что тоже ничего, по сути, не значит. И эта самая жизнь может оказаться весьма бурной.
Кухня оказалась огромной, с панорамными окнами. С одной стороны можно было увидеть сад, туда же была распахнута балконная дверь, а с другой стороны, как на ладони, была Волга, в зарослях камыша по берегу. В углу большой диван, на стене плазменный телевизор. Напротив вся стена была занята кухонным гарнитуром оливкового цвета, а посреди кухни большая круглая стойка с мраморной столешницей. Перестав оглядываться, всерьёз посоветовав себе умерить своё любопытство, Алёна подошла к холодильнику с двойными дверцами, открыла его, и сразу увидела ряд стеклянных бутылок с минеральной водой. Пришлось отыскать поднос, чтобы отнести в гостиную разом всё необходимое. Две бутылки, бокалы и нарезанный тонкими кружочками на тарелку лимон, что обнаружился в холодильнике. И по дороге в гостиную Алёна всё продолжала и продолжала оглядываться, говорила себе, что это банальный интерес, но, на самом деле, она отыскивала глазами хоть какое-то свидетельство присутствия в этом доме женщины.
– Я немного похозяйничала у вас на кухне, Михаил Сергеевич, – сказала она с порога, стараясь не встречаться с Барчуком взглядом. – Надеюсь, никто ругаться не будет.
– Не будет, – ответил он, наблюдая, как Алёна аккуратно ставит поднос на журнальный столик. И добавил, Алёне даже показалось, что специально для неё, но, возможно, это лишь женская мнительность: – Некому ругаться.
Барчук сам разлил прохладную минеральную воду по бокалам, Алёна присела в кресло напротив мужчин, взяла свой бокал, и, в первый момент, ей очень захотелось приложить его к щекам, что, казалось, горели адским пламенем.
Повисло странное молчание, все пили воду, а Алёна вдруг почувствовала себя неловко.
– О чём вы говорили? – заинтересовалась она, чтобы нарушить молчание.
– Вадим Анатольевич рассказывал мне, какие вы из себя замечательные, – сказал Барчук и улыбнулся. – И почему мне нужно сотрудничать с вашим агентством.
Его тон снова был пропитан откровенной насмешкой, и Алёна не понимала, почему Вадим этого не замечает и столь душевно улыбается. Улыбка Прохорова отчего-то всерьёз раздражала. Хотелось встряхнуть его и попросить, в ответ на издевательства Барчука, тоже над ним поиздеваться. Как-то поддеть, поставить на место. Вадим умел это делать, но… Но с потенциальными клиентами такого уровня, он старательно держал дистанцию, вот в чём дело. И ей надлежало поступать также. И она всегда следовала советам Вадима, но с Барчуком не получалось. Наверное, потому, что всё, что Михаил Сергеевич говорил, казалось ей лишь попыткой посмеяться и подковырнуть. По всей видимости, именно её, раз она так чувствует и ведётся на его уловки.
– Он прав, – отозвалась Алёна, закрываясь на мгновение ото всех бокалом с минеральной водой. – Мы одно из самых успешных агентств в регионе.
– Одно из, – всё же заметил Барчук.
– Мы работаем не на один город, – добавила Алёна. – А по всему центральному округу страны. Это весьма весомо, Михаил Сергеевич.
Тот посматривал на неё исподлобья, раздумывал о чём-то, затем откинулся на диванные подушки в расслабленной позе, вздохнул в сомнении. Снова глянул на Алёну, затем на её начальника.
– Если честно, я не люблю большие компании. Много людей, много мнений, у каждого своя позиция и сто пятьдесят начальников. А дело должно делаться продуманно, ответственно, и все решения приниматься конкретно, без лишних рассуждений после. А то один не подумал, второй не доглядел, третьему вообще всё по фиг, потому что он бонусы за квартал не дополучил.
– А, по-моему, – начала Алёна с лёгким нажимом, – вы своё дело уже сделали, Михаил Сергеевич. И сделали хорошо. Так дайте другим продолжить вашу работу. Может, вы в чём-то и правы, у нас большая компания, много сотрудников, да и начальников немало, – Алёна улыбнулась, – но, вы не можете отрицать, что мы своё дело знаем. Об этом говорит статистика, доход компании, степень доверия к нам клиентов. А про недоплаченные бонусы, вам думать совершенно не стоит. Мы о них подумаем сами. Вот Вадим Анатольевич как раз и подумает.
Прохоров поторопился перехватить эстафету, и кивнул.
– Конечно. Михаил Сергеевич, я лично буду проводить каждую сделку. Контролировать, и вам обо всём докладывать. Вам не нужно будет ни о чём беспокоиться.
