Иностранка, конечно, превосходила Перлу красотой. Но вот этот неподвижный взгляд, это странное сходство с мраморной статуей вовсе не украшали эту чужую девушку, не делали её привлекательной. И то, что Дамиану приходилось к ней наклоняться… Неслыханное неуважение к представителю королевского рода!
За этот вечер Перла сделала несколько попыток приблизиться к принцу, но каждый раз что-то мешало и не давало ей начать разговор – то кто-то из гостей, то из придворных, то лакей с игристым вином заступали дорогу, отгораживали, оттесняли её от цели.
А разговор она готовила очень долго.
О чём вообще можно поговорить с принцем? Не о новых же платьях или скором дебюте в свете. Значит, о чём-то, что ему близко. Значит, поговорим о законодательстве, внешней политике, устройстве государства.
Девчонка в который раз удивила библиотекаря дворца, спросив совершенно неженские книги. Хотя мог бы уже и не удивляться – столько лет она спрашивала самую не подходящую для девочки литературу, вряд ли что-то вдруг могло измениться.
Перла перечитала всё найденное, что-то переписала себе. Составила целый список вопросов, которые можно было бы задать принцу, зная, что он ответит. Тут была хитрость – задать такие вопросы мог только знающий человек, значит, она могла привлечь его внимание и своей подготовкой, восхититься его превосходством в знаниях.
Одним словом, подготовка этой беседы была работа, достойная маркизы Инвиато, дочери более чем успешного дипломата.
Но все её старания пошли прахом – не то что заговорить, даже подойти к принцу не получилось. И Перла испытывала весьма взрывоопасную смесь чувств: злость, гнев, досаду, и то и дело закусывала губу, чтобы сдержать всё, что бурлило и клокотало в груди. Как сдержать это всё? Как не видеть неуважения гостей к её кумиру?
И Перла выбрала самый простой путь – ушла к играющим в соседней гостиной.
Там нашла отца за игровым столом с веером карточек одной из наиболее популярных мужских карточных игр, что не выходили из моды уже полтора десятилетия. Выдержка, смекалка, хорошая память, умение просчитывать ходы наперёд и держать лицо – то основное, что требовалось от игрока. Маркиз очень любил эту игру, и чтобы дома было с кем поиграть, научил дочь, раз уж Плодородная не дала им с женой сына.
И теперь, увидев Перлу рядом, показал ей свои карточки, рассказал о своих позициях на игровом поле. Дочь вежливо кивала отцу, как-то механически фиксируя ситуацию, и продолжала кипятиться из-за того, что её план понравиться принцу сорвался. Она всё размышляла, когда же упустила шанс подойти к реджи, но получалось, что шанса-то и не было. А ведь раньше ей казалось, что только окажись она в одной комнате с принцем Дамианом, сразу найдёт возможность с ним побеседовать.
Игра за столом продолжилась, и Перла могла кусать от досады губы, не боясь, что отец обратит на это внимание. Как же, ну как ей повернуть принца к себе лицом? Как обратить на себя внимание? Хотелось разреветься как в детстве, когда няня или матушка ещё могли взять её на руки.
– Перла, дитя моё, сможешь за меня поиграть? Меня просит подойти её величие.
Сердясь, девушка даже не обратила внимания на лакея, что, склонясь к отцу с другой стороны, что-то тихо проговорил ему почти на ухо.
– А? Да, конечно, батюшка, – улыбнулась дочь. – Мне выиграть или проиграть?
Это была их шутка, та мелочь, которая сближала их, делая почти ровесникам. Отец тихонько засмеялся и велел:
– Обыграй их всех, моя милая! – и погладил её по руке – жест доверия, единственное, что он мог себе позволить на людях. Но Перла знала, что если бы здесь были все свои, он поцеловал бы её в лоб. Поэтому тепло улыбнулась в ответ и сказала:
– Конечно, отец! Обязательно!
И вновь погрузилась в свои горькие думы о несбывшемся плане и возможностях, которые могут открыться на предстоящем балу, и продолжила играть отцовскую партию.
Вот только на балу будет Лали, и устранить соперницу вряд ли будет возможно. Эх, как жаль, что сегодняшний вечер пропадает зря!
Порадовало только то, что отцовскую партию она всё же выиграла.
***
Группа чужестранных гостей до самого конца приёма оставалась неподвижна и будто монолитна. И только когда приглашённые стали подходить к королеве, чтобы откланяться и уехать, принцесса Тойво встала, тоже подошла к её величию и, поклонившись, поблагодарила за честь присутствовать на приёме. После чего проследовала к своим покоям. Как длинный драконий хвост, за ней шли послы Оландезии.
Глава 13. Расследование и женщины
– Зорий, с ней невозможно поговорить один на один, даже просто отойти ото всех этих бородатых нянек на три шага. Какие тут могут быть откровенные разговоры? Да и какая откровенность между чужими людьми? Я не знаю, что она такое, где для неё границы откровенности, да вообще...
Дамиан встретил советника в кабинете с бокалом коньяка.
– Что фрейлина? – первое, что спросил советник, приняв угощение.
– Посольские не пускают её принцессе. Просто оттесняют, и всё. Она жаловалась, что даже в комнату не дозволили зайти.
– Даже со служанкой?
