– Там же золото! – возразил он, и в его глазах я заметил знакомый алчный блеск. Золото может свести с ума любого, но чтобы подавить инстинкт самосохранения – такое я видел впервые.
– Я не вытяну тебя вместе с ним! – прохрипел я, теряя силы.
Только тогда, ощутив близкое дыхание смерти, дуралей наконец выпустил рюкзак из руки. И в следующее мгновение я отчаянным рывком затащил его обратно.
Мы лежали рядом, глядя в выбеленное бразильским зноем небо, заново вдыхая все краски жизни, пока не подоспели мои друзья.
– Зачем? – одними губами спросил Генка, склонившись надо мной.
Я не знаю, что ответить другу. Скорее всего, спасенный мною бандит не задумываясь пристрелит меня же при необходимости. Возможно, я вскоре пожалею о своем поступке, но догадываюсь, что и в следующий раз мои инстинкты заставят меня поступить так же.
– Спасибо, – слышу еле различимый шепот рядом.
Следующие два дня пути прошли без происшествий. А затем, когда закат второго дня уже окрасил золотом верхушки деревьев, мы были атакованы. Стрела просвистела в сантиметре от головы тщедушного бандита и попала в ближайший ствол.
– Что это? – ужаснулся бедолага, отшатнувшись.
– Замри и не шевелись, – посоветовал я. – Нас окружило человек тридцать. Дернешься, и их стрелы полетят в тебя.
Бандиты покорно замерли и позволили себя связать. Мы с ребятами надвинули кепки на глаза. Этот план я придумал заранее. Подвел наших незадачливых сопровождающих к границам поселения уже знакомых нам аборигенов. Трюк удался: туземцы нас не узнали, тоже связали и повели по знакомому маршруту.
– Что они собираются с нами делать? – нервно поинтересовался тщедушный.
– Могут сожрать тех, кто поаппетитнее, – меланхолично отозвался я.
Здоровяк, шедший рядом, судорожно сглотнул. Перспектива оказаться съеденным его не порадовала.
Стоило нам войти в деревню, как показался вождь. Я, Карлос и Генка сдвинули кепки, открывая свои лица.
– Опять вы? – удивился вождь. – Смотрю, вам у нас понравилось так, что вы вернулись, прихватив друзей?
Я сразу объяснил, что ребята нам не друзья, и попросил подержать их у себя пару дней, а потом вывести к реке, чтобы они могли вернуться домой. Глава аборигенов с легкостью пообещал сделать как я прошу.
– О чем вы там говорили? – напряженно спросил тощий, предчувствуя неладное.
– Хорошая новость: вас не сожрут. Плохая – тут наши дороги расходятся, – пожал плечами я.
Я стояла у панорамного окна, глядя на Атлантический океан, простиравшийся до самого горизонта. Думала, что вид набегающих на берег океанских волн меня успокоит, но волнение не утихало.
В интерьерах шикарного отеля, конечно, лучше, чем посреди джунглей Амазонки. Теперь я сплю на мягкой постели и ем из тончайшего фарфора, но кое-что по-прежнему не дает мне расслабиться.
Пытаясь уединиться в просторном номере, я ни на миг не забываю о трех мужчинах, «ненавязчиво» охраняющих меня. Эти церберы шныряют повсюду и только и ждут команды, чтобы наброситься и растерзать. Я это чувствую и молюсь, чтобы Дэм успел вовремя появиться и спасти меня, как обычно.
Но Дэмиан сейчас далеко. Остался в тех самых опасных и непредсказуемых джунглях. Шансы, что он выберется оттуда живым, невелики.
Чтобы хоть немного отвлечься, заговариваю с одним из бандитов:
– Почему тебя зовут Паша-Труба? Ты музыкант?
– Нет, – ржет парень. – Кликуху я получил на заре своей босяцкой юности, когда брал на гоп-стоп припозднившихся граждан в темных подворотнях. Оглушал их с помощью удара сзади по затылку обрезком металлической трубы, которую всегда носил с собой. За это, кстати, и получил свой первый срок, когда один из терпил не выжил. Так ко мне и приклеилось это погоняло. Теперь я чувак авторитетный, а вот кликуха так и осталась.
– Как интересно. А остальные откуда свои клички получили? Рыжий-то понятно, цвет волос обязывает, а вот главный ваш Талый почему? Может оттаять?
– Этого от него не жди, – серьезно предупреждает меня Паша. – Талый – это наоборот, потому что будет давить до талого. Пока чувак либо согласится, либо кони двинет. Так что не рассчитывай растопить его сердце. К тому же он чувак подневольный, как и все мы здесь.
От такой новости мне становится только хуже. От страха не к месту разыгрывается аппетит.
– Я голодна, – сообщаю Паше.
– Можешь заказать, – указывает он на телефон. – Только без глупостей, помнишь?
Я киваю и звоню в рум-сервис. Пока готовят еду, решаю залезть в гидромассажную ванну. Жду, когда пузырьки, приятно щекочущие тело, отгонят тревогу. Но, похоже, и этот способ не работает.
Успеваю вылезти из ванны и одеться, когда по номеру разносится мелодичный звонок – моя еда прибыла. Выглядываю из ванной и покорно жду, когда кто-то из моих похитителей откроет. Мне к двери подходить запрещено. Послали, как всегда, самого младшего, Рыжего. Он проходит мимо меня, смотрит в глазок и щелкает замком.
