утром с суровыми глазами от беспокойного ворочания, я должен был представить
себе трассу в Майами и подумать о том, что мне сегодня нужно. Но все, о чем я
могла думать, - это Харпер.
Скорее всего, нет, сурово сказала я себе. Он делает это постоянно. Он привык к
этому, привык к такому приливу адреналина, ощущению невесомого падения и
восхитительному предвкушению.
Я говорю себе, что это кажется значимым только потому, что последний раз у меня
был секс месяцев восемь назад. Это было быстро, как чесание зуда, и именно то, что мы оба искали, - что-то, чтобы снять напряжение.
У меня не было серьезных отношений почти четыре года. Мы с Кристиной были
вместе восемнадцать месяцев. Она порвала отношения незадолго до того, как я
отправился на предсезонную подготовку, потому что я не был достаточно долго
дома, а она не могла выдержать еще один сезон, прежде чем то немногое, что я мог
дать, снова станет ее. Она утверждала, что я не «присутствую», даже когда я был
рядом. И я не виню ее - то, как я приучил себя к умению концентрироваться, всегда
было моей суперсилой. Это одна из причин, почему у меня такой строгий и
дисциплинированный распорядок дня. Именно поэтому я не пью и не хожу на
вечеринки. Когда я сажусь за руль, я должен знать, что на сто процентов настроен
на победу. Никаких отвлекающих факторов.
В то время все усугублялось тем, что в перерыве между сезонами маме поставили
диагноз «болезнь Паркинсона», а моя сестра очень плохо себя чувствовала из-за
хронической утренней тошноты. Я чувствовал себя подавленным и встревоженным, и после заботы о маме и сестре у Кристины уже ничего не оставалось.
Мы расстались полюбовно, и я приступил к предсезонным тренировкам, не
оглядываясь назад. Все свободные умственные и эмоциональные способности были
заняты семейными делами, и я без проблем справлялся с ними на трассе.
Ощущение губ Харпер на моих губах впечаталось в мой мозг. Я чувствую их
отпечаток на каждом сантиметре своей кожи - даже там, где они не касались.
С Харпером мы расстались не полюбовно. Он расхаживает со своей обычной
высокомерной невозмутимостью, а я - жалкий клубок тревоги и неловкости. На
публике - перед Андерсом, командой, СМИ и, в общем-то, всеми остальными - мы
продолжаем поддерживать то, что можно назвать дружеским перемирием.
В частном порядке... ну, частного порядка не существует. Я слежу за тем, чтобы мы
никогда не оставались наедине. Я делаю все возможное, чтобы забыть об этом. Да, я
знаю, очень по-взрослому.
«Ты в порядке?» - спрашивает Коул. «У тебя сердце колотится».
Конечно, перед ним на экране все данные с различных мониторов, как для здоровья
машины, так и для моего.
Отлично. Просто замечательно.
Пока я был в своем собственном мире, путешествуя по дорожкам памяти, Коул
наблюдал за тем, как у меня случается небольшой сердечный приступ. Мир, в
котором я знаю, что чувствует под собой Харпер Джеймс, очень мешает мне
сосредоточиться. Не самое веселое место. Ноль из десяти, не рекомендую.
Хватит, Уокер! Ради всего святого.
Я не знаю, что сказать Коулу. Он - мои глаза и уши, когда я забираюсь в кабину, так
что, наверное, я должен быть честен в том, что у меня на уме, но я ни за что не
признаюсь в этом. Отрицай!
«Просто пытаюсь войти в зону. Забыл наушники, и у меня немного болит голова».
Я потираю виски. Я чувствую, как от напряжения у меня болит затылок, и лоб
становится плотным. Хорошо, что это только тренировка - последняя перед
квалификацией - а не день гонки.
«Давай я попрошу кого-нибудь из бегунов принести тебе что-нибудь с
электролитами, чтобы ты не захмелел; отнеси это, а потом отправляйся в путь», -
говорит он, подавая знак одному из команды взять напиток из холодильника в
гараже.
Если бы только электролиты могли вымыть Харпера из моего организма.
Один из элитных тренеров, которых Хендерсохм привлекает к работе, говорит, что
иногда единственный выход - это пройти через него. Вы не можете вечно избегать
проблем, не можете найти способ их обойти; вы должны принять правду и смело
посмотреть в лицо проблеме. Позвольте себе почувствовать это, но продолжайте
идти вперед, говорил он. Если Харпер - моя проблема, то...
Может, это единственный способ вывести его из себя.
Один из парней подбегает с моей любимой маркой спортивного напитка - с синим
вкусом. Я благодарю его, но его уже отвлекают, чтобы сделать что-то еще.
«Это всего лишь тренировка», - успокаивает меня Коул. «Посмотри, что там
происходит, а завтра выкладывайся по полной. Сделай несколько кругов, чтобы
стряхнуть с себя все, что тебя гложет».
И теперь я представляю, как Харпер съедает меня. Спасибо, Коул, очень помог.
Я сразу же чувствую себя виноватым, потому что откуда он мог знать?
«Да, спасибо, приятель. Наверное, я просто немного обезвожен».