В доме нет лифта. Я стараюсь не думать о лестнице. О том дне, когда не смогу ее преодолеть. На первом этапе мне обеспечат медицинский уход на дому, но в глубине души мне так хочется продолжать ходить в ресторан. Мысль о часах, которые я там проведу, дает мне силы, чтобы подняться утром с постели. Мой медицинский куратор и другие, с кем я общаюсь в Каролинской университетской больнице, видят во мне мою смертельную болезнь. А в ресторане я просто Будиль. Как все, живая среди живых.
Только где-то левую руку немного повредила.
Вот что произошло вчера. Я пришла, как обычно, к четырем. На столике, за которым я обычно сижу, стояла табличка: «Зарезервировано». Признаюсь, я расстроилась. Это место стало для меня олицетворением защищенности. Только внезапно его лишившись, я осознала, насколько оно было для меня важным.
Я села за столик рядом, и Дамир подошел, чтобы зажечь свечу.
– Так вы здесь хотите сегодня присесть?
– Нет, но столик, за которым я обычно сижу, зарезервирован.
Дамир расплылся в улыбке.
– Он зарезервирован для вас. Я теперь считаю его вашим с четырех до шести. Если вы не появляетесь, к половине шестого я убираю табличку. – Обернувшись, он выдвинул стул, на котором я привыкла сидеть. – Прошу вас, мадам.
Поднявшись, я обошла вокруг стола. На сердце стало удивительно тепло. Дамир задвинул стул у меня за спиной, как настоящий джентльмен.
– Бокал белого, как обычно?
– Благодарю, с удовольствием.
– Сейчас посмотрю, что смогу предложить вам сегодня.
Получив свой бокал вина, я начала разгадывать взятый с собой кроссворд. Вскоре после подошла дама со стопкой бумаг. Как обычно, прежде чем подойти к своему столику, она задержалась возле меня и поздоровалась, добавив несколько вежливых слов о погоде. Дамир подал даме ее вино. На столе появилась хорошо знакомая мне стопка бумаг формата А4 и ручка, дама надела очки для чтения.
Сама не знаю, как это произошло, но, очевидно, я заговорила с ней. Возможно, я осмелела благодаря приветливому жесту Дамира с табличкой «Зарезервировано».
– Послушайте, – заговорила я, и дама взглянула на меня поверх очков. – Прошу прощения, я не отвлекаю вас?
– Нет, нисколько.
– Вы не знаете синоним к слову «рыцарский», одиннадцать букв, третья «а»?
– Можно взглянуть? – Поднявшись, она подошла к моему столику и склонилась над кроссвордом. – Может быть, «знатный»? Нет, букв маловато. – Дама подумала еще немного. – Можно, я присяду?
– Конечно!
Взяв свой бокал вина, она села рядом. Спустя некоторое время я сообразила сама.
– Благородный!
– Точно.
– А вот это? Оставляет отпечатки?
В течение часа мы вместе разгадывали кроссворд. Дамир наполнял наши бокалы и время от времени подходил, чтобы подсказать какое-нибудь слово. Еще принес нам оливки. Все это было так мило. Как будто мы частенько решаем вместе кроссворды. Только все разгадав, я выяснила, что ее зовут Маргарета, что живет она на Престгатан и полгода назад вышла на пенсию. Давно разведена, двое взрослых детей и трое внуков.
Насадив оливку на шпажку, Маргарета кивнула в сторону шины на моем левом плече.
– Что увас с рукой?
– Да так, ничего особенного, просто немеет немного. Ваши дети живут в Стокгольме?
– Нет, к сожалению. Сын и внуки – в Штатах, а дочка – в Гётеборге. Тоскливо жить так далеко от внуков, не участвовать в их буднях. Сейчас, на пенсии, у меня море свободного времени. Послушайте, я думаю про ваш локтевой сустав – у меня есть очень хороший мануальный терапевт, она обычно избавляет меня от злосчастного шейного остеохондроза. Может, она и вам сможет помочь? Хотите, дам ее телефон?
– Конечно.
Нажимая на кнопки мобильного телефона, Маргарета принялась записывать номер телефона на полях кроссворда.
– А у вас дети есть?
– Дочери тридцать лет, но внуков нет.
– Может, еще будут. Они нынче так поздно заводят семью. Сын женился в тридцать пять. Дочери тридцать семь, а детей все нет, и вдобавок ко всему она пару лет назад рассталась с мужем и сейчас уже начинает беспокоиться не на шутку. Дочь хочет детей, но посвятила слишком много времени карьере. – Маргарета взглянула на мобильный телефон. – Ой, уже шесть? Я совсем забыла про театр.
– Театр? Как интересно. А на что идете?
Она помахала Дамиру, с трудом справлявшемуся с наплывом клиентов у барной стойки.
– Признаться, даже не знаю. У меня абонемент, и билеты приходят автоматически. Вы любите театр?
– Да, но хожу достаточно редко.
Поднявшись, она надела плащ.
– Может быть, как-нибудь сходите со мной? Мне всегда приходит по два билета, и иногда трудно найти компанию.
– С удовольствием, было бы здорово.
Положив на стол несколько купюр, Маргарета поднялась:
– Спасибо за приятное общение. Завтра придете?
– Да.
– Тогда увидимся. Пока!
Она ушла, а я осталась сидеть. И просидела намного дольше обычного. Даже нарастающий уровень шума мне не помешал. Какое облегчение наконец с кем-нибудь поговорить. И, между прочим, мне показалось, что ей понравилось наше общение не меньше, чем мне.
