– Скаутом был? Или в походе?
– Прятался, – сухо отвечаю я.
– Это еще что значит?
Пожимаю плечами. Вообще-то не люблю рассказывать о себе, но тут по какой-то причине решаю объяснить, что к чему. Может, сказывается влияние Джиджи.
– В детстве я попал в одну приемную семью, где муж часто поколачивал свою жену. Иногда доходило до крайностей, так что всякий раз, когда это случалось, я хватал палатку и вместе с братишкой и сестренкой, которые оказались в этой семье вместе со мной, отправлялся в лес за домом. Ночами было холодно, и, чтобы согреться, мы разводили костер. Правда, дыма обычно было больше, чем огня. Мы знали, как развести костер, но не умели его поддерживать.
– Не волнуйся, поддерживать у меня как раз получается.
Он извлекает из кармана зажигалку, раздувает искру, согнувшись над костром, и вскоре в его ладонях занимается огонь, поднимающийся все выше и выше. За несколько минут пламя становится обжигающим.
Я снимаю пальто, расстилаю его на земле и сажусь. Кейс следует моему примеру. Некоторое время мы сидим в тишине. Ну, не совсем в тишине. Мой желудок наигрывает симфонию ворчания и урчания, достойную Дэна Греббса. После игры я обычно налегаю на белки, а прямо сейчас умираю от голода.
Кейс, будто прочитав мои мысли, спрашивает:
– Попробуем поохотиться на гепарда или как?
Я фыркаю.
– Точно. Ведь в лесах Новой Англии гепардов пруд пруди.
– Можно заняться собирательством, – предлагает он. – Кажется, в октябре еще есть ягоды. И сейчас как раз должен быть сезон черных орехов.
– Чувак, я не буду заниматься собирательством. Это твой проект. – Он в ответ усмехается. – До утра проживем. Кажется, у меня есть злаковый батончик. Съедим его вместе с чипсами.
– Чудесно, – мрачно цедит он.
В итоге наш поздний ужин состоит из картофельных чипсов и выуженного из кармана моей куртки батончика с арахисовым маслом и шоколадом.
Ночь будет долгой.
Неудивительно, что о наших проблемах в конечном счете заговаривает Колсон. Он, судя по всему, любит говорить больше, чем я.
– Это дерьмо не может продолжаться дальше.
Я пожимаю плечами.
– Знаю. Но я не могу заставить ребят из Брайара принять нас с распростертыми объятиями.
– Так ведь это в обе стороны работает. Ты должен хотеть от них хорошего отношения. – Он колеблется, потом продолжает: – Когда вы с парнями только перешли к нам, мы волновались, что вы займете наши места. И давай посмотрим правде в глаза: так оно и случилось. Черт, у нас Миллер ушел. А он был хорошим другом.
Я киваю.
– Как и наш прежний капитан, Шон. Он перевелся, услышав о слиянии, потому что не хотел иметь дела с тем, что выпало на нашу долю.
– Тогда мы оба лишились хороших парней. Но с этим покончено. Мы все в стартовом составе. И мы все хорошо играем, – неохотно признает он.
– Все мы? – сухо уточняю я.
– Да. На комплименты напрашиваешься?
– Нет, я знаю, что хорош, – морщусь от того, как это прозвучало. – Ты тоже, кстати.
Кейс ухмыляется.
– Трудно признать, а?
– Немного.
– Я просто что хочу сказать: мы оба капитаны. Мы должны подавать пример остальным. И капелька лести и поощрения может дать отличные результаты.
– Может, нам удастся изменить мнение Дженсена насчет его правила о домашних животных, – насмешливо предлагаю я.
Ответом мне служит громкое фырканье.
– Сильно в этом сомневаюсь. Отец Джиджи рассказывал мне, чем это вызвано.
Мне становится интересно.
– Чувак, не томи. Расскажи.
– Лет двадцать назад команда завела себе питомца – поросенка, и кто-то из парней выставил его на одном мероприятии на окружной ярмарке в Нью-Гэмпшире. Он-то думал, что поросенок получит ленточку за милоту или еще что. Сюрприз-сюрприз: оказалось, что победитель пойдет на бекон.
Черт возьми. Шейн был прав. Они
– Травматично, – замечаю я.
– Не то слово.
На некоторое время мы замолкаем и просто смотрим на огонь. Кейс подкидывает очередное бревнышко, подталкивая его тонкой палочкой.
– А что случилось в автобусе? – внезапно спрашивает он. – Наззи начал рассказывать, пока Джордан его не заткнул. Почему вы с парнями проводите эти мыслительные эксперименты?
Я хмыкаю себе под нос.
– Это все благодаря нашему местному идиоту. Патрик, который Парень из Канзаса, каждый день в кого-то влюбляется. В начале прошлого сезона он встретил на вечеринке девчонку и, разумеется, уже через несколько секунд решил, что женится на ней. И вот к нему в руки случайно попадает ее телефон – кажется, она попросила его подержать, потому что у нее сумочки с собой не было. Каким-то образом телефон оказался в его рюкзаке, а с рюкзаком он поехал с командой играть против Сент-Энтони. И вот мы на полпути до места назначения, когда нас догоняют копы. Сирена визжит, они перекрывают дорогу, и автобус съезжает на обочину.
– Они думали, что он телефон у нее украл? – недоверчиво уточняет Кейс.
