– Может, это манекен? – первым заговорил Денис, перестав наконец жевать и отбросив недоеденный бутерброд в сторону, все-таки работа накладывала определенный отпечаток, и он быстрее других пришел в себя.
Медленно и озираясь, словно боясь внезапного нападения, он пошел к импровизированному погосту.
– Не меньше пятнадцати часов, – сказал он, обернувшись на стоящих на прежнем месте бывших одноклассников, – и умерла она, скорее всего, от удара по голове, у нее полголовы нет, а уж потом ее сюда положили, но точнее, конечно же, скажет вскрытие, – зачем-то добавил он.
– Это Ирка? – спросила Галка.
– Не знаю, – засомневался Денис, понимая, что все сейчас полагаются на него. – Я не видел ее пятнадцать лет. Вроде похожа. Но если это Ирка, то она прожила все эти годы, возможно, даже счастливо, и умерла только сегодня ночью.
Шестеро человек стояли и в ступоре смотрели на тело, уложенное на еловые ветки, и не понимали, что с ними происходит и что, в конце концов, делать дальше.
1909 год
Тюрьма Нью-Йорка
Район Ист-Сайд
Огромная крыса опять вылезла непонятно откуда и уставилась на Ольгу своим злым, хищным взглядом. Днем Оля осмотрела каждый угол своей тесной камеры и так и не смогла понять, откуда же по ночам вылазит эта дрянь. Она приходила ровно под ужин, садилась по центру камеры и спокойно ждала, когда Ольга ей бросит что-нибудь из своей скромной трапезы.
– Рановато ты пришла, – попеняла ей Ольга, не слезая с деревянного настила. В коридоре застучала своими железными частями тележка, развозящая еду. – Хотя нет, ты как всегда вовремя, – поправилась она, вновь поразившись как эта тварь так точно все чувствует.
Окошко в двери открылось, и Оля, обходя свою гостью, боясь, что та на нее однажды кинется, подошла к выдаче.
Обычно тарелка с треском ставилась на железную створку окна, и тележка молча катилась дальше, но сегодня почему-то произошла заминка.
– Эх, девка-девка, – послышался ей знакомый голос, и Ольга в изумлении наклонилась, чтобы выглянуть в небольшое отверстие.
– Ты! – поразилась она, с трудом узнав в надзирательнице Соньку Золотую ручку. – Но как?
– Да это то как раз неинтересно и просто, – тихо отозвалась Сонька, – а вот как ты здесь оказалась, мне очень даже любопытно.
Тогда, сойдя с теплохода, они сразу же разошлись в разные стороны, не сказав друг другу, куда направляются, лишь прихватили каждая свой сундук. Не обнялись, не всплакнули о былом, просто молча и по-деловому пошли по своим делам. Больше они не нужны были друг другу, две чужие женщины решили навсегда забыть их недолгую совместную жизнь.
– Нашли меня, – сказала Ольга, но голос предательски дрогнул.
– Ты мне тут голову не дури, на другом конце света нашли тебя? Как они это сделали? Мы с тобой так путали следы, меняли документы, это сделать было просто невозможно! – возмутилась Сонька, даже немного повысив голос, но опомнилась и тут же тихо добавила: – Ты что, подставилась? Рассказывай, как?
– Я написала письмо в Россию, – со вздохом сказала Ольга, понимая, что сама во всем виновата.