– Вот! – удовлетворённо кивнула девушка. – Зубки, коготочки… Но ты ещё не готов, друг мой.
Из травы, степенно шагая, появилась кошка. Чтобы лишний раз не тревожить её, Инга опустила дымчатого на землю, и тот вместе со своими собратьями ринулся на зов матери. Когда семейство кошачьих оказалось в сборе, то оно, недолго мешкая, скрылось в траве.
– Вот скажи: готовы ли они к жизни?
– Нет…
– Как ты определил? Им чего-то не хватает в облике и умениях, верно?!
Инга с Сергеем пошли дальше.
– Да! Мы – мастера разоблачений! – с пафосом сказал он.
– Ещё какие! – Инга сделала чересчур серьёзное лицо.
Улыбнувшись, она продолжила:
– Вот производные юмора и нужны для того, чтобы выявлять недостающие звенья, акцентировать на них внимание и закреплять в потомстве нужные навыки.
Так как экосистема изменчива, то те навыки, которые связаны с деятельностью в ней, с каждым новым поколением нужно обновлять – это прерогатива хаоса. Пить, есть, дышать, размножаться – это всё доминантные, основные инстинкты – они должны сохраняться в покое.
Мы знаем, как играют животные со своими малышами или как малыши играют друг с другом – понарошку. То есть они искусственно воссоздают опасную ситуацию, тем не менее ничем не угрожающую их жизни, чтобы быстрее адаптировать своё чадо к жизни. Это воспитание как бы вживляет их в окружающую среду и до конца разворачивает генетическую память…
Инга с Сергеем давно уже шли своим привычным маршрутом. Берег стал выше над гулким морем. Оставленный ими магазин-фургон далеко позади; да и наверняка исчез; Сергей как-то не обратил внимания.
Вдруг Сергей от испуга отскочил в сторону – у него под ногами что-то взвилось.
– Уф-ф-ф… – он показал на кусок резинового шланга. – Я подумал, это змея…
– Вот! Видишь! Увидев что-то необычное, ты, не разобравшись, кинулся в сторону. Как только шланг стал разоблачён, ты испытал облегчение, – рассмеялась девушка.
– Да! Теперь этот случай отпечатается у меня в генах, – в тон ответил Сергей.
Во время этого эпизода Инга и Сергей сблизились друг с другом. Он подхватил девушку под локоть, а дальше… Дальше – дежавю. Всё повторилось точь-в-точь. Только сегодня Сергей сумел-таки поцеловать Ингу. Его тут же окутал густой цитрусовый запах – будто рядом разбилась бутылка с неразбавленным счастьем.
Но если она и была, то драгоценная жидкость быстро просочилась сквозь песок, оставив в душе Сергея чувство беспомощности, пресечённого порыва и неосуществлённого желания.
Глава девятая
Первая Ночь
Ночь. Комнату освещает далёкая луна – всё в помещении казалось призрачным. Будто горит дежурный свет, и время от времени кто-то будет приходить к Сергею и смотреть – всё ли с ним в порядке?
«Нет, нет! Не надо никого! Оставьте меня!» – так можно сейчас охарактеризовать мысли Сергея. Настолько он чувствовал себя оголённым – не стерпел бы любого морального прикосновения. Ведь его тяжёлые мысли с лёгкостью могли причинить ему боль от любого слова, взгляда, намёка.
Если бы сейчас за окном было синее небо с белыми облаками и солнечный свет проникал в комнату сквозь сочную листву, то Сергей бы не понял – как может мир быть таким радостным и тёплым, когда у него такое…
Но сейчас ночь, во тьме которой, как под одеялом, можно спрятаться.
Стиснув зубы, Сергей накрылся с головой одеялом настоящим – «Ночь, укрой, укрой…»
Глава десятая
День восемнадцатый
Сперматозоид
– Давай поиграем в игру?
– В судоку?
– Нет. Назови любое чувство, а я попробую его «расщепить».
– Как вчера было с юмором?
Инга кивнула.
– Опять надо что-то пить?
– Нет, – улыбнулась Инга. – Не надо ничего пить. Просто назови какое-нибудь чувство, а мы вместе попробуем проанализировать – откуда оно появилось.
– Я без выпивки не могу анализировать.
– Дурачок… Хватит придуриваться – давай, называй, – поторопила Сергея Инга.
Сергей хотел было подвинулся к ней поближе. Инга, поняв его манёвр, смеясь, упорхнула на соседний камень. Пришлось играть.
– Скажем… Зависть, – улыбнулся Сергей, придумав наивный вопрос. – Неужели животные завидуют друг другу? Баран завидует другому барану, глядя на его рога?
– Зависть – это неприятный сигнал инстинкта самосохранения. Если что-то угрожает твоему существованию, твоей целостности, то тебе идёт посыл – «уйди» или «не тронь».
Алгоритм такой же, как и у юмора, только «что-то не то» выявляется не снаружи, а в тебе самом.
– Это больше похоже на трусость.
– Согласна. Но если смотреть через призму общества, то этот луч расщепляется на несколько лучей – одним из них и является зависть.
– Не уловил чего-то…
– Потому что нечего на меня пялиться своим влюблённым взглядом.
Восприняв услышанное не как укор, а как кокетство, Сергей хотел было ещё раз повторить манёвр, но так и застыл в своём порыве, словно от пощёчины: девушка по-прежнему улыбалась ему, но во взгляде её было «что-то не то», мгновенно охладившее пыл Сергея.
Инга, не заостряя внимания на этом эпизоде, продолжила:
