— Я могу попробовать восстановить стертые файлы, — его брови двигаются вверх вниз, если бы не слышать то, что он только что сказал, можно было подумать, что он заигрывает со мной, но нет, он настроен сегодня на решительные действия в нашем внутреннем расследовании.
— Окей, а как мы попадем в комнату охраны? — задаю логичный вопрос.
— Охранник на стадионе, не выдержала душа болельщика сидеть в запертом помещении, когда команда осталась без лучших игроков, — он хитро улыбается, и я осознаю насколько Стелс умен и крут, даже мурашки по коже.
— Тогда идём, буду стоять на шухере, — подмигиваю другу.
Добравшись до нужного помещения, Саймон достает ключ и открывает дверь, сказать, что я удивилась — это ничего не сказать.
— Откуда у тебя ключи?
— Друг подогнал, — он снова улыбается, отворяя дверь в заветную комнату. Какой, блин, ещё друг? Директор школы или охранник?
Я остаюсь у приоткрытой двери, пока Стелс берётся за работу, от чрезмерной дозы адреналина в моей крови у меня подскакивает пульс. Я не ждала сегодня приключений, но это явно лучше того, чтобы сидеть на стадионе и глазеть на качков на футбольном поле.
Саймон наверное полчаса возится с компьютером, пока я пытаюсь восстановить ритм своей сердечной мышцы.
— Есть, эти идиоты не почистили всё, как надо, — его слова воодушевляют меня, сейчас мы узнаем, кто отправил это гадкое видео. Секс, конечно, был ого-го, а вот тот, кто заснял его — настоящий ублюдок!
Я подхожу к компьютеру и внимательно смотрю за действиями парня.
— Итак, воскресенье, мотаем на заседание клуба, — бормочет Стелс, клацая по клавиатуре длинными пальцами.
— С какого компьютера отправили видео? — хочу понять, куда смотреть, мне ведь интересно это не меньше Саймона.
— За этим, — он указывает на крайнее рабочее место в кабинете информатики.
Кадры видеозаписи мелькают в перемотке, пока за нужным компьютером не оказывается Мэйсон Вилльямс. Чёрт, а вот и наш урод!
— Ублюдок! — вскрикивает Стелс, останавливая перемотку, теперь запись воспроизводится в нормальной скорости. Из-за огромной головы Мэйсона не видно монитора, у меня перехватывает дыхание.
— Вот урод! Насколько нужно ненавидеть Майкла, чтобы сделать такое? — во мне говорит злость, меня трясёт от увиденного, я не думала, что когда-нибудь узнаю правду, и меня накрыло, мне хочется что-то сделать, что-то гадкое и, возможно, непростительное, я сама на себя не похожа.
— Я проломлю ему голову бейсбольной битой, — рычит Саймон.
— Тише, успокойся, — я кладу руку на его ладонь на мышке, чтобы успокоить, несмотря на то, что готова вложить биту ему прямо в руки.
— Стой, смотри, — на записи Мэйсон встает из-за компьютера, и через несколько секунд на том же месте оказывается Бобби Тёрнер.
— Ты помнишь точное время отправки сообщения? — дрожащим голосом спрашивает Стелс.
— Нет, — пол под моими ногами куда-то исчезает, и мне кажется, что сейчас я провалюсь в пропасть.
— И я не помню, — неутешительно произносит друг.
В тишине коридора доносятся шаги, мы смотрим друг на друга испуганными глазами. Саймон переводит компьютер в спящий режим и тащит меня за стеллажи. Моё сердце пропускает удар, когда я слышу скрип открывающейся двери. Довольно громкие шаги раздаются в тихом помещении, меня колбасит. Стелс обнимает меня, будто защищая от возможного удара со спины. Через несколько секунд дверь закрывается, но мы не спешим выбраться из убежища, мне дико страшно.
— В этот раз тебя никто не тронет, обещаю, — шепчет парень, не отпуская меня из своих объятий. По моей щеке почему-то скатывается слеза.
— Ну, и где эта парочка? — еле слышится незнакомый голос в коридоре. Я нервно заглатываю слюну, понимая, что приходил не охранник, это кто-то следовал за нами и он был не один, судя по шагам их было двое. Неужели ничего не кончилось, и мы всё ещё в опасности. Во мне просыпается маленькая девочка, готовая рыдать от страха и звать на помощь маму. Я делаю неимоверное усилие, чтобы не разрыдаться. Ну же, Сара, ты сильная, только давай без истерик!
***
Я не помню, как мы вышли из комнаты охраны и вернулись на стадион. Не помню, как Саймон вернулся на скамейку запасных, а я за своё место на трибунах. Всё промелькнуло перед глазами как в страшном сне, я не проронила ни слова по дороге назад. Счёт, с которым проигрывала наша команда, мне был не интересен, я впала в состояние шока, при котором всё происходящее вокруг мне стало полностью безразличным.
— Рад видеть вас всех, спасибо за поддержку, — через неопределенное количество времени я услышала голос Стелса, подняв глаза, я поняла, что матч закончен, а он говорит в микрофон, находясь посреди футбольного поля, — Сейчас я должен назвать имя лучшего игрока этой игры, но для начала… — он осекается, будто перебирая слова и мысли в голове, — Я хочу спросить человека, что скорее всего здесь присутствует. Ну что, мразь, понравилось бить со спины?
Трибуны умолкают, тихие перешептывания слышны со стороны. Смотрю на Саймона, и моё сердце разрывается на части, как я его сейчас понимаю.
