Эффект женщины полностью

– Sie sind sehr liebenswürdig, aber die Einnahme von Mahlzeiten besitzt für uns Nonnen einen vertraulichen Charakter. Es wohnen keine Fremden bei. Während des Mittagessens wird die Heilige Schrift gelesen. (Вы очень любезны, но прием пищи у нас, у монахинь, носит интимный характер, посторонние при этом не присутствуют. Обед у нас сопровождается чтением Священного Писания.)

– Wir werden Sie nicht stören. Jemand soll uns Ihr Geschirr geben, in das wir Brei mit Fleisch füllen können. (Мы не будем мешать вам. Пусть кто-нибудь выдаст нам вашу посуду, куда мы могли бы положить кашу с мясом.)

– Wir haben dreiundvierzig Schwestern. Jetzt sind sie alle im zweiten Geschoss, in den Zellen. Ich erteile die Anweisung, die Schwestern bringen das Geschirr. Und… vielen Dank. (У нас сорок три сестры. Сейчас они все на втором этаже – в кельях. Я дам указание – посуду сестры принесут. И… спасибо вам.)

Офис телекомпании. Кабинет Железнова

Через 3 месяца и 5 дней после точки отсчета. Понедельник. 10.21

– Итак, Андрюха, – Железнов расхаживал взад-вперед по своему небольшому кабинету, больше рассуждая вслух, чем обращаясь к Борисову, который, закинув ногу за ногу, приторочился на «пьяном» стульчике у полукруглого стола, – если повторить «мантры» по идеологии создаваемой нами уникальной программы, что периодически полезно делать, дабы не забывать, а чего мы, собственно, добиваемся, то повторюсь: мы хотим разработать алгоритм и программу торгов на валютном рынке, которая бы выигрывала всегда (!), независимо от точки входа в торги, направления тренда и непредсказуемости его движения, заключающегося в том, что в любой произвольный момент тренд может поменять направление своего движения опять же произвольным образом. Надо отметить, что к настоящему времени группа программирования, – Железнов склонил голову в сторону Борисова, выражая признательность, – добилась более значимых подвижек, чем группа поиска творческих решений, – Железнов постучал себя пальцем в грудь, Борисов при этом хихикнул:

– То есть и ты, и я теперь называемся группами. Лихо.

– Ну да. Надо же нам хоть как-то поднимать собственную значимость в своих глазах, – Железнов улыбнулся. – Что мы имеем? – Железнов обращался сам к себе. – Имеем модель «Маятник», которая, как показало двухнедельное тестирование, в общем и целом ведет себя вполне приемлемо в большинстве ситуаций движения финансового инструмента, за исключением двух случаев. Группа программирования не подскажет, в каких? – Железнов остановился и развернулся в сторону Борисова.

– Ну, во-первых, во флэте.

– Верно. Во флэте. Хотя справедливости ради надо отметить, что абсолютно все – и существующие, и придуманные в будущем модели во флэте работать не будут, по тому как «нэма грошей – нэма коханья»…

– Переведи, полиглот.

– В переводе с хохляцкого это означает, что без денег любви не будет. В нашем случае это означает, что денег не будет без движения. Так как «флэт» означает, что курс валют изменяется в очень узком коридоре значений, практически стоит на месте, то, собственно, и торговать не на чем: нет изменения курса валют, все сделки по купле-продаже становятся либо бессмысленными, либо мизерными. А во-вторых? В каком еще случае наш «Маятник» не работает?

– Саня, аналитик у нас ты.