– Естественно, «ДаблКлик» будет продан. Теперь смотри: «Гугл». У него мощная поисковая система, скорее всего, лучшая из того, что мы сейчас имеем. Но на этом деньги не сделаешь. Правда, у него тоже есть своя технология по размещению рекламы в интернете, но она не рассчитана на крупного клиента. Все крупные рекламные агенты и веб–издатели работают с нами, им нравится наша технология. Они, в конце концов, к нам привыкли за десять лет, они нас любят, и именно они делают большие деньги на нашем таргетинге. Вполне естественно, что «Гугл» нас хочет. YouTube они прикупили тоже неспроста. Представляешь видеорекламу? Это тебе не баннеры, это класс. Можно озолотиться уже только на этом. Так что ждем новостей.
Долго их ждать не пришлось. Новости посыпались, как бигуди по утрам с головы моей мамы. Через несколько дней нам объявили о намерении «Гугла» приобрести «ДаблКлик». Пока сделка ждала утверждения в неизвестных мне инстанциях, «Гугл» открыл для нас свое кафе на восьмом этаже, вид которого потряс даже последних скептиков. Во–первых, это было бесплатно, а во–вторых, чего там только не было. Хочешь мясо – пожалуйста, выбирай из трех сортов, любишь рыбу – бери вкусненькую, разложенную узорчиком по тарелочке. Вегетарианец? Вот тебе два бара стоят, сам себе накладывай в тарелку овощи, поливай подливкой на свой вкус. Все органическое, без вредных добавок. Ну и супчики там разные да десерты. Хочешь – кофе, хочешь – чай, хочешь – соки. Пожалуйста. Словом, выбирай, наливай, накладывай, ешь. Be happy. Как зачарованная, ходила я по кафе с подносиком в руках, наталкиваясь на обалдевших коллег. Многие потом унесли еду в коробочках про запас. На случай, если халяву закроют. Но ее не закрыли. «Гугл» начал прикармливать нас еще до того, как мы официально стали его частью. Это произошло в марте 2008 года. Счастливы были далеко не все. Целые отделы, не вписавшиеся в гугловскую административную систему, были разогнаны. Мало этого, растерзали даже те команды, которые переходили в «Гугл». Изгнание было драматичным. Мы прощались со слезами на глазах. Ушел незаменимый когда–то Крис Честертон.
– Откармливали на заклание, – мрачно пошутил он напоследок.
Ушла Саша, проработавшая в «ДаблКлике» больше десяти лет, да что там Саша, Винс Ли, человек, написавший код всех наших рекламных серверов, отказался работать с «Гуглом». У входа в кафетерий на восьмом этаже стоял громадный медведь (бог его знает из чего сделанный) с победно возведенными вверх передними лапами. Кажется, медведь был чемпионом. На бляхе ремня, опоясывающего его живот, было написано: «Don’t be evil». Не будь злым. Девиз компании, в которой мне предстояло работать. Что тут сказать? В общем, бизнес – это вам не семья. Сантименты тут не работают. В подтверждении этой простой мысли каждый из оставшихся счастливцев должен был подписать письмо с обязательством о неразглашении коммерческой тайны. Мы вступали в мир острой корпоративной конкурентной борьбы. Вынос любой информации за пределы компании грозил немедленным увольнением. Врагом номер один оказался «Майкрософт». Это было даже забавно. «ДаблКлик» и все его клиенты работали на Windows. Я с любопытством ждала развития событий.
