Но Грея сейчас терзало другое чувство: ярость от вида загубленных невинных жизней. Насилие, запугивание, убийство; инструменты, призванные пробуждать страх. И позволять одному человеческому созданию господствовать над другими.
В жизни Грея не было особого смысла: ничто в прошлом или в настоящем не имело реальной ценности или серьезных последствий. Он не обзавелся ни семьей, ни домом, ни пониманием того, чего хочет достичь. Но сейчас с ним рядом находились два человеческих существа, за которых он был в ответе. И надеялся, что сможет их защитить. Уж это он умеет.
На полпути вниз по склону они наткнулись на первого охранника, когда свернули в сторону, выйдя из-за разрушенной стены. Он стоял в десяти футах от них, застегивая штаны. Это был один из тех, кто сидел тогда в
Грей увидел, что пистолет лежит на стене в трех футах от хозяина, и бросился прямо на бойца.
Тот без единого слова метнулся к пистолету. К тому времени, как он добрался до своего оружия и обернулся, Грей уже набросился на него.
Держа пистолет в правой руке, боец шагнул вперед, оказавшись в нескольких футах от стены. Грей левой рукой обхватил его запястье, останавливая направленное вверх движение оружия. Правая рука Доминика вцепилась в подбородок крепыша, пальцы отвлекающим маневром легли на рот и нос. Грей напал снизу, метя в середку тела. Потом поймал руку противника с пистолетом и выпрямился, задействовав вес всего тела. Второй рукой он сжал подбородок бойца и надавил на него в направлении вверх и назад, заставив соперника напрячь мышцы шеи, после чего шагнул вперед и оказался позади. Когда тип в камуфляже запрокинул голову, Грей ударил его сзади сразу по обеим ногам.
Противник стал падать, и Доминик постарался, чтобы тот ударился затылком прямиком о каменную стенку по колено высотой, которая торчала сзади. Бросок, который только что выполнил Грей, – очень жесткий удар в подбородок
Раздался тошнотворный хруст. Проверять пульс упавшего не было нужды. Грей помедлил мгновение, чтобы выровнять дыхание. Им всем очень повезло, что тип не выстрелил. Грей обыскал его, но не нашел никаких удостоверяющих личность документов. Ничего, кроме знакомой зеленоватой татуировки. Он повернулся к своим спутникам, которые в ужасе таращились на него, и сказал:
– Планы меняются. За домом и, вероятно, за мостом будут наблюдать. Есть другое убежище? Как насчет деревни, которую видно с холма?
– Я знаю место получше, – хмыкнул Стефан, – скрытый посреди леса монастырь. От подножия холма начинается тропа, которая приведет нас туда. Монастырь далеко, зато никто нас там не найдет.
– Как проще всего выйти к тропе? – спросил Грей.
– Лучше вернуться к лаборатории и спускаться уже оттуда.
– Вероятно, тот участок не особенно охраняется, разве что еще одного человека поставили с другой стороны. Думаю, у этих ребят есть военная подготовка. Скорее всего, холм окружен, охранников четверо или пятеро через равные промежутки. Но когда мы поднимались, еще никого не было; наверное, периметр оцепили, когда нашли трупы в доме. Правила остаются теми же. Когда доберемся до лаборатории, покажите, куда идти дальше, и я расчищу путь.
Стефан без происшествий проводил спутников до входа в лабораторию, указал на восток и сказал, что лесная тропа начинается где-то через полмили от подножия холма. Грей кивнул, напрямик провел их чуть вниз, чтобы не оставаться возле самой лаборатории, и велел укрыться в руинах.
– Проверю, безопасен ли спуск, и вернусь за вами, – пояснил он. – А вы пока просто сидите тут и не шумите. Вас не должны найти, разве что начнут прочесывать холм, но я в любом случае буду здесь гораздо раньше. Вероника, ты знаешь, что делать в случае чего.
Журналистка посмотрела на него испуганным, но твердым взглядом и кивнула. Грей запомнил приметное сухое дерево, мимо которого они только что прошли, и оставил своих спутников жаться друг к другу в потемках. В одиночку он гораздо быстрее и без лишнего риска сделает все, что нужно. Предстояло зачистить обширную территорию, к тому же здешняя часть холма представляла собой настоящий лабиринт руин. Палка о двух концах: Грей в любой момент мог спрятаться, но чувствовал себя как на ладони каждый раз, когда огибал стену. В общем, идеальная площадка для игры в прятки на выживание.
