– …Ты бы с такими фокусами завязывал, – продолжал брат. – А то тут местная охрана, сам понимаешь. Пока разберутся, кто ты такой…
– А ты, смотрю, освоился? – прохрипел я и поспешил промочить горло.
Чувствовал себя дерьмово.
– Опять тут пьянь с наркоманьем развалилась, негде уже и присесть! – проворчала какая-то старуха, ковыляя мимо.
– Мы уже уходим, – подхватил меня Яр под руку.
– Куда? – все еще тупил я.
– На такси и в гостиницу. Приходить в себя. А мне на работу.
– Не надо гостиницу, – выпрямился я. – На самолет и…
– Без документов? – посмотрел он на меня снисходительно. – Жди ресурса и прыгай обратно – иначе никак. Ну или к ведам иди. Они тебя депортируют.
Он уводил меня в какую-то дыру-выход из тесного двора, окруженного домами, а я все оглядывался:
– Вы тут живете?
– Да. Хорошо, у Малька сегодня выходной.
– Подожди, стой! – рявкнул я. – Дай… оглядеться…
– Да, можешь подобрать камешек из нашего двора – она тут по всем наверняка походила, – ощерился Яр, – и проваливай.
Я ответил ему спокойным взглядом, но так ничего и не сказал. Хватит с меня трагедии с одним братом, с Яраном еще не хватало! Обернулся только посмотреть на двор еще раз и пошел восвояси.
Но ресурс я восстанавливал долго – ходил за Мальвой пару дней за гранью, не сводя с нее взгляда. Все равно никто не знает, а я имею право на слабость. Я так тогда решил. Мне все хотелось почувствовать, что те три месяца, что разделили нас, успокоили душу, и я мог соображать в ее присутствии трезво.
Но ничего не изменилось, даже стало хуже. Малек с каждым вздохом привязывала меня к себе снова. И я понимал, что готов уже тут и остаться – чесать вместе с ней ее собачонок, ждать сутками со смен, сидеть на унылых лавочках в парке всю жизнь с ней на руках и даже выслушивать ехидства невыносимого братца… Казалось, Мальва действительно чувствует себя здесь лучше, но счастливой она не выглядела. И меня не оставляло в покое, что я бы мог это исправить.
Только меня все же нашли – вычислили, примчались в Питер и напомнили про мои обязательства. Пришлось возвращаться и снова становится Повелителем.
С того дня прошло еще несколько месяцев.
– Давно не видел.
– Я не вижу ничего нового, – пожала плечами Дженна. – Она все еще в поисках… чего-то.
Я стиснул зубы, прикрывая глаза, но все же вопрос сорвался с губ:
– Винишь меня?
– Да. Ты – трус, Амал.
Спокойно, равнодушно, четко… Да, эта женщина восхищала.
– Только не ссорься с отцом, пожалуйста.
– Только не указывай, что мне делать, пожалуйста.
Дженна поднялась и направилась к выходу из моей гостиной, а я остался сидеть, пережидая, когда улягутся эмоции.
Трус? Быть может… Да, я боюсь не оправдать надежд отца и перестать быть опорой своему народу. Мальва не приемлет меня такого. Живет в какой-то щелке какого-то странного города, неприметная и тихая. Она тоже трусиха. Осталась бы со мной – стала бы поддержкой, не сбежала бы со свадьбы… может, и я бы не усомнился в том, что мы подходим друг другу.
А я не мог позволить себе ошибиться.
