Правда, эта забитая какая-то, в глаза не смотрела и говорила настолько тихо, что приходилось прислушиваться. И как такая в лавке будет справляться — непонятно.
Все эти мысли господин Гринвальды гнал от себя как можно дальше. Он самозабвенно погружался в заботу о городе, о племянниках, а вот эти странные новые личности лишь раздражали и мешали.
— Господин, детей нет в их комнате, — старческим голосом проговорил слуга, когда прошел в хозяйский кабинет.
К тому, что эти сорванцы любили играть в прятки, Томас привык, но всякий раз он старался перепроверить, так ли это.
И сегодняшний вечер не стал исключением. В ход градоправитель пустил небольшой артефакт-поисковик, настроенный на детей. И магический маячок засветился темно-фиолетовым.
— Мелкие пакостники! — взвился Томас. — Снова исчезли.
И пока дядюшка спешно обувал высокие кожаные сапоги и накидывал плащ, за окном со стороны Зачарованного леса послышалось тихое сопение и еще несколько странных звуков.
— Что это?
— Не могу знать, господин, — старый слуга вытянулся по струнке, сразу приобретая более бодрый внешний вид.
Рюмер страшно боялся того, что молодой хозяин захочет избавиться от него. Как тогда он будет жить вне семьи Гринвальди? Поэтому, когда Томас одарил его сердитым взглядом насчет новости о братьях, он постарался скрыть, что взволнован.
Они вышли на задний двор и, обогнув дом справа, оказались в том самом месте, как раз под окнами кабинета Томаса.
Шевеление и активное пыхтение за кустами усиливались с каждым их новым шагом.
Затем раздалось более громкое «помогите».
И надо же, каково было удивление господина Гринвальди, когда он увидел ту самую родственницу Моры. Бель Снежи.
Рюмер подсветил женский силуэт магической лампой. Девушка ойкнула и осела на мокрую траву.
— Здравствуйте, — проговорила испуганно новоиспеченная жительница Гномира.
И тут Томасу захотелось, чтобы все это было просто дурным сном: исчезновение племянников и вот эта незнакомая девица, по колени застрявшая в земле его двора.
Он нехотя спросил, каким лесом ее затянуло в землю, а девица лишь хлопала своими синющими глазищами.
В какой-то момент господину Гринвальди показалось, что цвет радужки глаз девушки изменился. Может, вечер лег тенью или же…
Но как мелькнуло на подсознании, так и исчезло. Не может. Это родственница Моры. Новая торговка в сырной лавке, и ничего, кроме этого.
— Простите, не знаю, как такое вышло. Мне показалось, что кто-то звал меня на помощь, а я пришла… — и тут Бель Снежи запнулась.
— Зачем вы пришли? — вскинул одну бровь Томас. — Я жду, Бель…
Она вздрогнула еще сильнее от того, что господин Гринвальди обратился к ней по имени.
— Мне кажется, я забыла у вас свой плащ, — нашлась тут же девушка. — И вот вернулась, а тут…
Странным образом, но Томас совершенно не помнил, во что была одета Бель Снежи в момент их первой встречи. Он посмотрел вопросительно на своего слугу, а тот лишь пожал плечами.
«Стареет Рюмер, стареет…» — выдохнул господин Гринвальди и вновь перевел свой взгляд на Бель.
— И что же произошло дальше?
— Земля засветилась бирюзовым, а затем красным, а потом мои ноги словно попали в болотную топь, — всхлипнула девица, и ее красивое кукольное личико исказила гримаса печали и жалости.
Томас скривился. И даже скрывать это особо не стал. Градоправитель никогда не терпел слабости, даже от женщины. По его мнению, люди не должны были сдаваться при первой же проблеме, и даже больше. Не смели демонстрировать подобный изъян остальным.
И вот сейчас в списке последних людей, о ком бы он задумался, стала новая торговка. И главное, ведь Мора всегда была примером сильной и могущественной ведьмы, а тут такими родственничками наградила ее Ехидна. Слабыми и немощными.
***
— Прекратите разводить сырость, Бель. Это вам никак не поможет выбраться, — Томас расстегнул пуговицы своего камзола и передал его Рюмеру, затем закатал кружевные рукава своей рубашки до локтя. — На три вы крепко хватаетесь за мою шею. Это понятно?! — господин Гринвальди смотрел на свою находку снисходительно и не очень верил в то, что девушка его все-таки правильно услышала и поняла.
— Хорошо, — пискнула леди Снежи.
Небо совсем окрасилось в черный, а затем двор Томаса осветила зигзагообразная молния именно в тот момент, когда он вытаскивал Бель из земли. Их лица оказались очень близко друг к другу.
И господин Гринвальди даже замер. Вспышка. Еще вспышка. Один раскат грома, и в его руках оказалась Мариука Элнейс.
— Будь я проклят! — прошептал Томас, отталкивая девушку от себя. — Вы. Ведьма.
Бель широко раскрыла глаза и посмотрела шокированно на градоправителя. Девушка плотно сжала губы в узкую линию, а затем, собравшись с духом, проговорила:
— Что с вами? — и один жалкий взгляд леди Снежи бросила в сторону старенького Рюмера. — О ком вы говорили только что?
Но Томас как ни старался развидеть ту заносчивую девицу, ничего не выходило при свете молний, он явно видел Мариуку, а по голосу выходило, что общался с Бель.
— Нечисть, сгинь! — сплюнул в сторону Томас, но только усугубил ситуацию.