Харитонов и Ибрагим обсуждают что-то еще, а я вдруг краем уха выхватываю информацию из выпуска новостей по телевизору.
— Сегодня утром в своей квартире был найден мертвым… сын бизнесмена…
Я так и застываю с куском бутерброда во рту.
Харитонов лишь мельком смотрит на меня, а потом как ни в чем не бывало возвращается к работе. Что-то обсуждает с Ибрагимом.
У меня же ком в горле встал.
— … , сын бизнесмена, был зверски убит сегодня ночью в своей квартире. Соседи не слышали звуков борьбы. Для них это происшествие стало шоком.
Далее, на весь экран демонстрируется фотография улыбающегося… моего однокурсника, который…
Харитонов берет пульт от телевизора и переключает на музыкальный канал.
— Клипы лучше посмотри. — советует он мне, — или сериал какой. Я не знаю, чем сейчас молодежь интересуется.
Я просто сижу вся в шоке.
Я не могу осознать то, что услышала.
Этого урода больше нет. Как там сказали? Без подробностей, конечно, но… он был найден зверски убитым.
Я беру в руки кружку кофе, чтобы погреть. Ладони и пальцы у меня заледенели. Но руки бьет такой дрожью, что кофе расплескивается на столешницу.
Харитонов вновь отрывается от своего отчета.
— Это в…в…вы… его? — заикаясь произношу я.
— Пф… я провел эту ночь в постели с тобой, Валентина. — спокойно усмехается Константин.
— Тогда… в…в…ваши люди?
— Дорогая моя, — доброжелательным тоном отвечает мой муж. — Не забивай свою хорошенькую голову проблемами. На это у тебя есть муж.
— Значит все же вы… ваши люди… вы убили…
— Драгоценная моя супруга! — продолжает таким же доброжелательным тоном Харитонов. — Ты теперь Харитонова. Ты под моей защитой. Всякие уроды и мудаки, обидевшие тебя, твою честь и достоинство, задевают и мою репутацию. Они могут открыть свою пасть и предать огласке все нелицеприятные подробности. Могут приврать, как ты вчера справедливо заметила. Это не нужно ни мне, ни тебе. Понимаешь?
Я киваю. Это ужасно, это чудовищно. Я бы предпочла, чтобы этот урод жил. Даже не смотря на то, какой ужас я пережила по его вине. Но это правда может отбросить тень на репутацию моего мужа. Вот он и решил проблему моментально. За несколько часов.
Какой же он все же страшный человек. Завтра он решит, что я хотела его убить и тогда Ибрагим…
— Вот и славно, дорогая. — в благостном расположении духа Харитонов возвращается к своему ноутбуку. — Доедай свой бутерброд, и не забивай свою голову проблемами. Я не хочу, чтобы ты стрессовала. Богданыч сказал, тебе нельзя.
— Вы… так со всеми своими женами общались? — не знаю зачем, спрашиваю я.
Харитонов усмехается.
— Первую я на руках носил. С остальными вообще не общался.
— А со мной почему так?
Харитонов внимательно смотрит на меня, прищурившись.
— Я не буду отвечать на этот вопрос, хорошо, дорогая супруга. — говорит он, и углубляется в работу.
ВАЛЕНТИНА
— Вот смотри, господин. Нашим людям удалось увеличить изображение, снятое с камер видеонаблюдения ресторана.
Я замерла у гостиной, и не дышу.
— Угу, понятно. Них…
— А вот, смотри, через час.
Я задерживаю дыхание. Мне не нравится, что я постоянно подслушиваю. Но я не понимаю, чем мне еще заниматься. Не то, что я специально что-то вынюхиваю, наоборот мне не хочется этого делать, ведь если супруг поймает меня за этим делом, то… мало мне не покажется.
Но мне совершенно нечего делать. В спальне есть телевизор, но я не смотрю его. Телефон мой был в машине, а значит, канул в лету вместе с ней.
Книг в доме нет. Я бы почитала! Даже томика Пушкина нигде не завалялось… Вот чем мне весь день заниматься? Поэтому и хожу-брожу, по дому. Хорошо бы выйти, пройтись, подышать свежим воздухом, но не знаю, позволит ли мне это сделать Харитонов.
— Это еще кто? Я видел, она вертелась около моей супруги.
— Это Тамара Деснова. Сестра твоей жены, господин.
— Сестра, бляха-муха!
Тамара? А что она сделала⁈
Напрягаю память на полную.
Да, сестра и впрямь была рядом со мной в ресторане. Она все горевала, что отец выдал замуж за Харитонова меня, а не ее. Неужели она могла мне что-то сделать в качестве мести⁈ Но почему, мне? Мстить в таком случае ей следовало бы отцу, ведь именно он в этой ситуации, лицо, принимающее решение.
Может, подойти к мужу и спросить? Что она сделала?
Но, следующая фраза заставляет меня замереть на месте.
— А это ваша первая супруга. Госпожа Амалия.
— Вижу. — хмуро произносит Константин.
— Вот она подходит к вашей госпоже. Вот толкает ее, и…
— … …………!!!
Столько отборного и витиеватого мата я еще не слышала.
— Амалия в курсе, что я выжил? — интересуется Харитонов.
— Нет. Все думают, что вы и госпожа, мертвы. — отвечает Ибрагим.
Я вздрагиваю.
Представляю, как расстроилась мама. Она ведь так нервничала, говорила мне какую-то ерунду, перед тем как нам покинуть ресторан.
— Она вообще тупая? — рычит Харитонов. — За каким хером ей это понадобилось⁈
— Пока не могу сказать, господин. Но, что пока мне видится, что госпожу Валентину использовали в слепую. По крайней мере, ее сестра и госпожа Амалия.
— Но это ведь не значит, что Валя не могла быть в сговоре со своим отцом, не так ли, Ибрагим?
