Ибрагим сначала постучал. Я напряглась, ведь Харитонов входит не стучась в дверь, не считает нужным это делать. Значит, ко мне в спальню хочет войти кто-то другой.
Так и оказалось. В спальню входит Ибрагим с подносом в руках.
На подносе дымится плов. Хорошая порция риса и мяса. Салат из огурцов и помидоров. Свежевыжатый сок, по виду апельсиновый. И даже десерт имеется. Разумеется, покупной, магазинный, но с другой стороны странно представить, что они здесь пироги печь станут.
После того, что Ибрагим сделал со мной днем, я отношусь к нему насторожено.
Я очень голодна, ведь фактически не ела двое суток. Я отступаю подальше, хотя и кошусь в сторону подноса с едой.
Ибрагим, не глядя на меня сервирует стол. Я отмечаю, что он без своих перчаток. Руки у него вполне обычные. Сильные, жилистые, смуглые. Не понимаю, зачем он каждый раз передо мной натягивает перчатки, но, видимо, в этом есть какой-то смысл.
— Приятного аппетита, госпожа! — радушным жестом он приглашает меня за стол.
Госпожа⁈
Он ведь уже второй раз называет меня так. Просто, когда он вошел и в первый раз меня так назвал, я не расслышала, а сейчас…
Мне интересно. Мне реально интересно, почему он стал меня так называть. До этого он вообще меня никак не называл, и делал вид, что меня не существует.
— Почему… вы меня так называете?
— Как?
— Госпожой.
— Ты — жена моего господина, значит, моя госпожа. — просто отвечает Ибрагим.
Ну… в принципе, логично. Значит, он не вкладывает в это слово какой-то сакральный смысл. Действительно, я, хоть и формально, жена его господина. Значит, госпожа. Особых преференций мне это название не дает.
Ибрагим уже собирается выйти из комнаты, но на миг останавливается:
— Прости, госпожа. — вдруг говорит он.
Удивленно смотрю на него. Он не смотрит. Глаза его изучают пол.
— То, что произошло сегодня днем. — поясняет Ибрагим. — Не принимай близко к сердцу. Я выполнял приказ своего господина. У меня нет к тебе ненависти или неприязни. Тебе не следует меня бояться.
— Ты выполнишь любой его приказ?
— Да, госпожа! — твердо отвечает Ибрагим.
— И даже… если вдруг твой господин прикажет тебе убить меня… — пытаюсь понять я. — Ты… убьешь?
Ибрагим мешкается. На одну долю секунды, но мешкается. Смотрит на меня, а потом снова на пол.
— Да. — говорит он после малейшего замешательства. — Если он прикажет, мне придется это сделать. Ничего личного. Без обид, госпожа.
Ибрагим уходит.
Его слова не очень-то радуют.
Я ем плов. Не знаю, готовил ли его Ибрагим лично, или кто-то другой, но плов очень вкусный.
После столь сытного ужина, мне едва ли хватает сил принять душ, сделать всю вечернюю гигиену и доползти до кровати.
Пока я была в ванной, грязная посуда каким-то магическим образом испарилась.
Я ложусь под одеяло и засыпаю. Сквозь сон среди ночи я чувствую, как матрас рядом со мной прогибается под тяжестью. Это Харитонов. Он предпочитает спать рядом со мной. Не знаю, что это значит.
Он не шумит. Старается не разбудить меня. И мне это нравится.
Хотя спать рядом с ним, это все равно, что проводить ночь в клетке с тигром. Никогда не знаешь, что ждать от хищника. Но, видимо, за эти два дня я пережила столько стресса, что спала, периодически просыпаясь от кошмаров.
— Спи, спи. — слышался спокойный голос моего мужа.
Я чувствовала, как на меня через одеяло ложилась его тяжелая рука, и будто бы он этой рукой защищал меня от кошмаров.
— Со мной ты в безопасности!
ВАЛЕНТИНА
Утром просыпаюсь рано. За окном только начинает светать. За окном заснеженный лес и несколько домишек. Мужа рядом нет.
Как он так тихо встает, что ему удается не разбудить меня? Иду в ванную, переодеваюсь в домашнюю одежду.
Хочется позавтракать.
Спускаюсь. В гостиной никого, а вот с кухни доносится аромат свежесваренного кофе. Заглядываю на кухню.
Харитонов работает в ноутбуке. На стене включен телевизор, идут новости. Рядом с Ибрагимом планшет. Он что-то осматривает на нем.
— Проснулась? — замечает меня муж. — Иди сюда, будешь завтракать?
— Да, я голодная. — признаюсь я.
— Садись, госпожа. — уступает мне Ибрагим место за столом.
— Спасибо.
Он быстро начинает собирать на стол хлеб, масло, икру, колбасу, сыр, варенье. Варит мне кофе. Хочет сделать бутерброд.
— Я сама, Ибрагим. — останавливаю его.
Все же это, перебор.
Я завтракаю. Харитонов работает. Краем глаза замечаю, что он изучает какие-то таблицы. Там финансы, какие-то другие показатели. Харитонов весь сосредоточен в этом отчете, и я ловлю себя на мысли, что мне нравится вот так просто жевать бутерброд, запивать его кофе, и любоваться тем, как мой супруг работает.
Вдруг представляю себе на секунду, что наш брак может быть по правде, и что мы с Константином сейчас просто в загородном доме. Он работает, а я любуюсь им. Вот только Ибрагим своим присутствием напоминает мне, что все не так. Особенно после его заявлений, что он может в любую секунду убить меня по приказу супруга.
— Ну-ка глянь сюда! — приказывает Константин своему помощнику. — Что-то мне эта цифра не нравится.
— Да, господин, что-то не то. Я прикажу Мише проверить.
