– Ещё вчера я бы отказался, но сегодня, пожалуй, соглашусь. – Игнат смотрел на меня долгим взглядом и мои щёки начали гореть от столь пристального внимания.
– Что же заставило тебя передумать? – Ждала я ответа. Мне не хотелось, чтобы он чувствовал себя также, как я этим утром с чудиком, который буквально заставил меня быть его натурщицей.
– Я увидел твои работы. Я мало, что в этом понимаю, но кажется, ты действительно неплохо рисуешь. – Кажется, из уст Игната это почти комплимент.
– Тогда пойдём, дорогу ты уже знаешь. – Мы поднимались по лестнице, ведущей на второй этаж. Я распахнула дверь мастерской и освободила место. – Садись вот сюда и помни, что как только примешь нужную позу, двигаться запрещено.
– Нужную кому? – Пытался он продолжить наши словесные упражнения.
– Мне, тебе и вечности. Ты же не хочешь, чтобы результат получился странным? – Мои угрозы попали в цель, и парень задумался над тем, как лучше будет выглядеть на портрете. – Поверни голову чуть-чуть правее.
– Вот так? – Спрашивал он.
– Теперь левее. – Я поняла, что сам он не найдёт положенный ракурс и подошла поправить. Взяла в руки его лицо и забыла, чем вообще должна заниматься. Мы были так близко, что я чувствовала аромат его парфюма и жар, исходящий от его тела. Его длинные ресницы приподнялись, открывая взгляд, который напрочь выбил из меня все мысли.
– Так, хорошо? – Нарушил он тишину, и я одёрнула руки.
– Идеально. – Нервно сглотнув, я вернулась на положенное мне место и приступила к делу. Надо отдать Игнату должное, он был на редкость терпелив и правда старался не шевелиться. Я же испытывала смешанные чувства. То, как я отреагировала на его близость было мне непривычно. Мужчины, проявлявшие ко мне интерес никогда не вызывали у меня внутреннего трепета. Наверное, поэтому я не думала о скором замужестве. Игнат отличался от моего привычного круга общения. Он был другим и оттого был мне интересен.
Теперь, годы спустя переоценивая свою жизнь и то, как он повлиял на неё, я думаю, что правду говорят, не ищите мужей не по статусу, не по положению, ведь такой украдёт ваше счастье. И он действительно украл моё счастье, но до того рокового дня, когда я узнала правду, я действительно была счастливой женщиной. Хотя, признаюсь, слепой я себя не считала, ведь подмечала те качества в нём, которые мне не нравились и с годами лишь укреплялись в нём. Но ведь любовь, позволяет закрывать глаза на недостатки, в ком их нет… Ещё в тот день, когда портрет был незакончен, а Игнат во второй раз вошёл в мой дом, я приметила его заинтересованность мной. Он не отводил глаз, не сторонился вопросов. Казалось, что он не пытается составить о себе хорошее впечатление, но всё же хотел понравиться и ему это удалось. – Кажется, отец вернулся. – Я услышала, как подъехала машина.
– Тогда, вероятно, пора заканчивать? – Игнат поднялся с места и подошёл ко мне. – Как думаешь, он меня сразу за дверь выставит или чуть подождёт?
– Думаю, от тебя зависит. – Я подмигнула ему и пошла встречать отца.
– Марта, ты уже дома… – Вместо приветствия сказал папа.
– Как видишь. И не одна. – Сразу предупредила я.
– С кем же? – Я увидела его настороженный взгляд и послышались шаги Игната.
– С натурщиком. – Наблюдала я за этими двумя, которые переваривали услышанное. Отец прокашлялся, но потом собрался.
– Ну и как оно? – Пытался он выяснить, правильно ли он понял.
– Как всегда. – Пожала я плечами.
– Ваша дочь прекрасно рисует. – Подал голос Игнат. – Здравствуйте. – После некоторого замешательства и отец ответил.
– Вы уже закончили? – Папа явно не ожидал увидеть Игната не только так скоро, но и вообще в этой жизни.
– На сегодня да, но работа ещё не закончена. – Оповестила я.
– Тогда проводи гостя и возвращайся, у меня к тебе разговор. – Скомандовал отец. И я уже даже представляю какой именно – дубль два вчерашнего.
– Пап, но мы хотели ещё прогуляться… – Отпрашивалась я, как маленькая.
– Это важно, дочка, не перечь отцу! Да и не в последний же раз вы видитесь, если работа не завершена. Или в последний? – А вот и предисловие будущего разговора.
– Мне и правда пора. – Мягко сказал Игнат. – Я рад был встрече. – Обратился он к отцу, и я пошла проводить его, чтобы мы хоть номерами обменялись.
– Прости, иногда он перегибает палку. Привык командовать подчинёнными вот и меня иногда пытается строить. – Пыталась я сгладить резкость отца.
– Он всего лишь беспокоится о дочери. Будь я на его месте, я бы тоже переживал, если бы вокруг неё вился какой-то голодранец.
– Ну, во-первых, ты не вьёшься, а во-вторых, никакой ты не голодранец! – Возмутилась я.
– Рад, что ты так думаешь. Но одна правда в этом всё-таки есть. Ты нравишься мне Марта и мне хотелось бы, чтобы это было взаимно.
