Его Мишень полностью

– Ты понимаешь, что выглядишь глупо? Понимаешь? И слёзы эти твои отвратительные, – Игорь поморщился, достал платок и стал стирать подтёки туши. – Не реви, Ксюша. Никогда не показывай мне своих слёз, я этого просто не выношу. Ты сразу становишься похожей на уродливую курицу-наседку в засаленном халате с дырой под мышкой, а я не твой цыплёнок и опекать меня не нужно! Я – мужчина, Ксеня… Слышишь? И я всё буду решать сам!

– Я беременна, Игорь, – не знаю, почему, но слова вылетели сами. Это было низко – шантажировать его беременностью, помня, чем закончились предыдущие две. Дура! Дура! Слово себе дала молчать, чтобы сохранить жизнь малышу, даже вещи к родителям собрала, чтобы сбежать, а теперь сама сдала себя и свою крохотную тайну, что живёт у меня под сердцем. Игорь покраснел, сжал мою руку ещё сильнее и забросил на заднее кресло такси с такой силой, что я затылком врезалась в стекло.

– Я завтра уезжаю на сплав, а когда вернусь, то мы всё решим, – он попытался улыбнуться, бросил водителю деньги, назвал адрес нашей квартиры и захлопнул дверь.

Машина отъехала от ресторана, а я закрыла глаза, лишь бы не видеть, как он входит в здание, где его ждёт не беременная курица-наседка, а сексуальная блондинка…

***

За эти годы я ни разу не вспоминала о том вечере. Да и о предыдущих ста тоже не вспоминала. Они будто стёрлись из моего сознания, оставив лишь того Игоря, в которого я была влюблена со школьной скамьи. А теперь, украдкой посматривая в сторону барной стойки, вдруг накрыло. Все воспоминания бушующим водопадом обрушились на меня, погружая то в жар, то в мороз. Покрывалась испариной, а потом начинала трястись от дрожи, из-за которой зуб на зуб не попадал.

– Ксюш? – Вероника будто поняла меня, обняла крепко-крепко и укрыла от посторонних глаз, чтобы никто не видел моих слёз. А их и не было… Не могла я плакать одна. Как только слёзы скапливались в глаза, в голове звучал его голос:

«Никогда не показывай мне своих слёз, я этого просто не выношу. Ты сразу становишься похожей на уродливую курицу-наседку в засаленном халате с дырой под мышкой!»

С того вечера я почти и не рыдала, потому что поняла, что никому мои слёзы не нужны. Собрала вещи и тихо уехала к родителям, покинув квартиру, в которой мы с мужем прожили долгую супружескую жизнь. Захлопнула дверь, ключи бросила в почтовый ящик, будучи уверенной, что больше никогда не переступлю этот порог.

Но жизнь распоряжается нами, не учитывая планы. Она смеётся над ними, растаптывая мечты, любовь и счастье одним лёгким движением.

На следующее утро Игорь уже штурмовал родительский дом. Отец категорически не впускал его, принимая лишь жалкие веники из хризантем, которые я с тех пор и ненавижу. Понимала, что ему нужно забрать меня, чтобы снова сломить волю, чтобы заболтать, уговорить сделать так, как он того хочет. А хотел мой муж только одного, чтобы он был единственным мужчиной, которого я люблю. И не только я…

Не вышла. Я выбрала своего ребёнка, а не его сладкие сказки, от которых в мозгу только дурман был. Стирала последние слёзы и провожала его понурую фигуру, бредущую через весь двор к своей машине, надеясь, что всё позади… Но нет. Игорь не из тех, кто просто так сдаётся. По пути в аэропорт он вспомнил тот день, в который мы поругались в последний раз и стал заваливать голосовыми сообщениями, переполненными слащавой лестью и выдуманными комплиментами.