— Не строй из себя дурака, Дима, — цедит она. На фоне слышно, как кричат дети и что-то разбивают. Но их маме всё равно. — Что за чат? Что за смотрины? Ты в своём уме? Что у вас творится?
Я откидываюсь на спинку офисного кресла и пялюсь в потолок, не находя нужных слов для ответа. У нас с Птичкой ничего не творится. Совсем. Я вообще стараюсь гнать любые мысли об Алисе — это не нужно ни ей, ни мне. Но одна мысль о том, что сестра нагло ломает чужие границы и топчется на чувствах, не даёт мне сказать правду.
— Тебя это не касается, — спокойно отвечаю.
Вроде бы и не вру, а вроде бы и обозначаю, что лезть в этот вопрос не стоит. Отлично. То, что нужно. На грани.
— В смысле? — непонимающе шепчет Уля и переходит на ультразвук. — Дима, не смей приближаться к девушке! Она совсем молоденькая, а тебе лишь бы поиграться!
И откуда только такие мысли? С чего вдруг она решает, что я безалаберный идиот, а не остепенившийся мужчина чуть за тридцать? Или тот факт, что я разведён, на что-то влияет? Да, такое тоже в жизни случается.
Но я не хочу защищаться, выгораживать себя и что-то придумывать, поэтому просто чеканю:
— Это не твоё дело, вот и не лезь.
Сестра кричит в трубку что-то о том, что Алиса — не девушка на ночь, что-то про тонкую душевную организацию, про моё непостоянство и беспорядочные половые связи. И всё это, как по мне, полный бред. Нет, конечно, Птичка точно достойна лучшего, в этом сестра права. Но причислять меня к подонкам как-то опрометчиво. Особенно с учётом того, что я помогаю Алисе.
В итоге Улька выдыхается, а я спешно прощаюсь. Не хочу с ней общаться, однако напоследок ещё раз доношу мысль: то, что происходит за дверью моей квартиры, касается только меня и Алисы. Остальным там делать нечего, да и разбора полётов никто не просит. Но сестра, конечно, не понимает претензии.
Я медленно тащусь домой и отмечаю, как это непривычно — не оставаться в офисе или в отеле, а ехать к себе в родную постель. Расслабляюсь в такси, прячу телефон в карман зимнего пальто и почти засыпаю. И уже только около дома вижу, что в общем чате, созданном утром Мишкой, Уля уже наследила.
От её вопросов волосы на затылке начинают шевелиться. Она бесцеремонно допрашивала Мишаню о том, где, когда и с кем я бываю. Особенно её интересует прошлая ночь. А друг без задней мысли вываливает всю имеющуюся у него информацию — что по сути никак меня не очерняет и не выставляет в невыгодном свете.
Только после этого сестра подозрительно затихает. А значит быть беде.
И действительно, дома меня не встречает Алиса. Девчонка, конечно, так и не ответила на сообщение, да я и не жду уже. Однако и не выходит встретить. Мне лишь удаётся услышать тихий щелчок замка — она уходит в комнату и закрывается.
— Блять, — ругаюсь себе под нос, скидывая ботинки.
В гостиной и на кухне чисто, прибрано, на плите стоит противень с пирогами, рядом сковорода с тушёным мясом. А Алисы нет.
Кажется, игра в прятки выходит на новый виток. Интересно, что же ты сказала Птичке, сестра?
Алиса
Его сестра была категорически против того, чтоб я приближалась к Диме. Она позвонила и строгим тоном высказала своё мнение. Отчитала как девчонку и попросила отстать от брата, ведь он разгильдяй. Кроме этого, она высказала своё мнение по поводу моего прошлого и тонко намекнула, что такая женщина брату не подходит.
То есть я не подхожу.
Именно поэтому после разговора с женщиной я долго думаю о будущем. Представляю возможные отношения с мужчиной и успокаиваюсь внутренне, пытаюсь понять, что чувствую к нему. Но только сильнее убеждаюсь, что он и правда мне нравится. Может, это пройдёт. Может, это несерьёзно. Только пока что истина такова.
Однако как только Дима возвращается, я сразу сбегаю в комнату. Не хочу пока что попадаться ему на глаза. Боюсь, что он согласен с сестрой. Почти сразу пишу подруге Даше в надежде услышать совет. И она сразу отвечает, практически моментально.
“Посылай эту дурную сестру куда подальше и аккуратно соблазни своего суженого,” — убеждает она.
Так себе план. Мне такое не нравится, это совсем не в моём стиле. Я же не слишком женственна, не слишком эротична для соблазнов. Да и вообще… как это делать? Вообще без понятия.
“Тогда просто скажи ему прямо, — приходит к выводу подруга. — Выжди удачный момент и признайся”.
А вот это уже больше похоже на то, что нужно. Признание. Конечно, Ульяне такое не понравится, это точно, вот только носить в себе эмоции порядком надоело. Поэтому через пару дней я решаюсь и дожидаюсь Диму на кухне. Он влетает в квартиру и параллельно висит в телефоне. Коротко кивает и сразу же уходит к себе, бросив короткое:
— Я позже поем, Птичка.
Позже не наступает. Он не приходит ни через час, ни через два, и я отправляюсь спать. А Дима за стенкой эмоционально что-то говорит, ругается, кажется, даже угрожает. По крайней мере по резкой смене тона похоже именно на угрозу. Слов не разобрать, хотя любопытство так и съедает изнутри. И под тихий бубнёж из-за стены я в итоге засыпаю.