Ныряю в салон, захлопываю дверцу и роюсь в сумочке на пассажирском сиденье. Ага, вот он — телефон папы. Я углядела его в сумке Тиш, когда мы стояли в этом ужасном зале, принимая соболезнования. Ей он больше не нужен, а вот мне — еще как! Ввожу пароль, и передо мной открывается рабочий стол с приложениями. Здесь — вся папина жизнь. Вхожу в приложение «Найти друзей» и сразу вижу Тиш — она уже подъезжает к дому. Зашла. Небось сидит, считает деньги. Полагает, что ей все известно. Уверена, что способна распоряжаться делами отца. Как бы не так! У нас с ним были свои тайны.
— Ох, папа… — выдыхаю я сквозь слезы, прижимая к груди его телефон, и тут же подпрыгиваю от страха: кто-то стучится в окно машины.
Боже, Сет… Я опускаю стекло.
— Ты в порядке?
Сет, дружище…
— В принципе да, но мне надо немного побыть одной.
На самом деле мне требуется время для одного расследования.
— Понял. Потом позвонишь. Или зайдешь — когда угодно. Если что нужно, я в твоем распоряжении. — Он сжимает мою руку и отходит от машины.
Вот такие отношения. Интересно, у мамы с папой было так же? Наверняка. Куда же все делось?
А может, и не делось никуда, может, все разрушил этот ураган по имени Тиш… Не исключено, что она заранее нацелилась на отца, потому и стала его референтом. Как она вообще его нашла? Приехала, устроилась на работу в «Ивент»… Неужели совпадение? Ведь раньше (если не врет) она работала совсем в другой сфере.
Возможно, она приехала в наш город с четким планом — выйти замуж за Джона Нельсона. И неважно, что он был женат, что пострадает его семья. Точно, это в стиле Тиш.
Вопросов много, и на каждый из них я найду ответ.
Солнце ушло за горизонт, и я в одиночестве опускаюсь на диван в гостиной. На улице веселятся соседские ребятишки: гоняют на велосипедах, играют в прятки, прыгают на батутах… Загорелые, счастливые дети…
Мой же дом погрузился в темноту и молчание. До сих пор не верю в реальность происходящего. Я всегда внушала себе, что мы с Джоном — идеальная пара. Нет, конечно же, у нас всякое бывало, но я никогда не поступила бы с ним так, как он со мной. Оттолкнуть его, променять на более молодого партнера, да еще и хвастаться новым избранником перед всей компанией? Уму непостижимо!
Я поднимаюсь и решительно отбрасываю прошлое в сторону. Пыталась отвлечься пилатесом — домашний реформер[16] обычно позволяет снять стресс. Но сегодня не до пилатеса. Глажу серебристую рамку фотографии — мы с Джоном и Эшлин в Диснейленде, улыбаемся, держась за руки. Эшлин стоит с гигантским леденцом на палочке. Вот уж кто улыбается во весь рот… Нам было весело вместе, и жили мы не только бизнесом.
Открывается дверь, и заходит Эшлин. Дочь переоделась в аляповатую хипстерскую футболку и джинсовые шорты. Ее светлые волосы распущены по плечам.
— Что это ты сидишь в темноте, мам?
Она тыкает в экран смартфона, и в комнате загорается все, что может гореть — и огромная люстра, и бра, и настольные лампы. Сияют точечные светильники на потолке — для вечера то, что надо. Если б еще не слезились воспаленные глаза…
Стоит остаться одной, и события нескольких прошедших недель обрушиваются на меня мучительным потоком. Здесь и сожаление, и воспоминания о решениях, которые мы принимали. Как все было просто, пока нас не разлучила эта женщина…
— Мне так обидно, что папа оставил тебя ради этой… — Эшлин касается моего плеча. — Нас обеих! Сейчас понимаю, насколько тяжело тебе пришлось.
Эшлин, милая… Неужели до тебя начинает доходить?
Поднимаю взгляд на дочь и накрываю ладонью ее руку.
— Знаешь, сижу размышляю. Нам ведь было хорошо вместе, я всегда…
— Всегда любила его, — перебивая меня, завершает Эшлин. — Знаю, мам. Я тоже его любила.
— Солнце мое, мы должны обсудить наши следующие действия.
— Какие действия, о чем ты?
Эшлин смотрит на меня словно на ребенка, который вдруг произнес первое слово. В этом взгляде — и недоверие, и изумление.
— Мы с тобой теперь партнеры по бизнесу. После смерти отца к тебе переходят его акции. Я подготовилась к такому исходу еще при разводе, и мы с папой пару месяцев назад предприняли кое-что для защиты твоих интересов. Да, Тиш увела его, украла часть его денег, но больше ей ничего не достанется.
Перед глазами встает образ Джона, превращающегося в пепел, и я содрогаюсь.
— Тиш заявила, что теперь босс — она. Я разговаривала с ней на парковке после панихиды.
Все это лишь слова. Напрасно девочка примеряет на себя роль босса — я сделала все, чтобы у нее не было ни единого шанса. Я предусмотрительна и в таких важных вопросах никогда не ошибусь.
— Она просто не в своем уме. Закон говорит, что она имеет право лишь на те активы, которые папа заработал за три года их брака, на имущество, которое он оформил на ее имя, и личные вещи типа драгоценностей. Да, она получит кучу денег, но на этом все. У меня в сейфе хранятся копии завещания твоего отца и договора о трастовом фонде — могу показать. Все акции переходят к тебе. Мы оба сделали такую оговорку в своих завещаниях, и папа никогда не изменил бы ее. Он дал мне слово. Мы обо всем позаботились.
