И тут, где-то в глубине его головы, родился безумный план. «Самоубийство, — ухмыльнулся про себя он, — но вдруг сработает?» Он и из не таких жоп вылазил. И не такую работу выполнял. Ведь он всегда доводил любое дело до конца. Это же девиз его жизни. Принцип, которому он не противился. Чего бы не стоила ему попытка, но он точно попробует. На кону его репутация.
— Эй вы, оба, — грозно сказал он, не отрываясь от окна. Спиной он почувствовал два силуэта.
— Можешь не продолжать, я всё понял, — прошептал мужской силуэт, растворившись в тени.
— А вот я кое-чего стою, — хихикнул женский силуэт.
— Слушаю, — безразлично ответил Фриджек.
Она на мгновенье исчезла, и тотчас вцепилась ему в спину, легонько прикусив его ушко. Каких нервов наёмнику стоило не подать виду, что он знатно испугался.
— Слушаю, — уже не так уверенно произнёс он.
— Я люблю с тобой играть, — она принялась теребить его засмоктаные локоны, — но ты вечно меня прогоняешь, — она скорчила обиженную гримасу. — Не надо так.
— Договорились, — вздохнул мародёр. Демонесса исчезла. Ради выполненной работы он заключит сделку даже с дьяволом. На кону же паспорт Столицы.
Демонесса вернулась гораздо позже Безликого, когда он был уже примерно на этом моменте:
— Всё просто: ножом палатку, находишь одежду и через ту же дыру…
— Протестую! — с ходу перебила она.
— Есть что получше? — прищурился Фриджек.
— Вне всякого сомнения, — она кивнула. — Склад охраняется, застанут — кранты. На одежде в области груди нашивка с именем, весьма вероятно, что ты здесь встретишь настоящего владельца бумаги, — и она заговорчески ухмыльнулась.
— Слушаю, — одобрил мародёр.
— Не стоит, — тихо посоветовал Безликий.
— Там чел один траву курит, — её лицо растянулось в улыбку, обнажив ряд белых зубов.
— Ну… и? — не понял Гутлэсс.
— Ну… траву, — подмигнула она.
— Ну… и что, что траву? Что это мне даст?
— От тугодум, — Демонесса обречённо вздохнула. — Мозг у него не работает, значит.
— И?
— Поверит любой твоей вменяемой брехне. Дошло?
Фриджек облокотился на стену, почёсывая подбородок.
— Сложно, но возможно, — одобрил он чуть погодя. Безликий беспомощно покачал головой. Он никогда не одабривал бессмысленные смерти.
Белый дымок беспрепятственно направлялся вверх, а уже там, над крышами разрушенных зданий, отклонялся чуть вправо. Джудас вновь приспустил галстук. Затем он сделал ещё одну затяжку и отправил в полёт ещё одно облачко белого дыма. После у него зачесался затылок, и он с удовольствием почесал его. Однако он сделал неверный выбор, почесавшись именно правой рукой, ибо именно в ней и находился косяк. А с косяка имеет наглость сыпаться всё ещё горячий пепел, и, как ожидаемо, следующие десять секунд он ожесточённо стряхиивал с волос раскалённую субстанцию. Затем он утомлённо вздохнул и вновь туго затянул свой галстук.
И тут он краем глаза заметил, как в переулок кто-то зашёл. Джудас перепуганно закопал косяк в песок и, глубоко вдохнув, нацепил свою маску. Затем он вгляделся в лицо прибывшего… нет, Джудас его не знал. И он был не в форме, а без формы ходить здесь запрещено. Это поселило нотки недоверия в его голову, что правда, ненадолго.
Прибывший, оглянувшись, уставился на Красного Галстука.
— Как оно, Джудас? — Фриджек загадочно улыбнулся.
— Мы знакомы?
— И да, и нет. Я тебя знаю, ты меня знаешь… просто забыл. Или забудешь. Это немного тяжело объяснить, — мародёр, тяжело вздохнув, присел рядом.
— Ну…
— Ты не поверишь, но постарайся, — перебил его Фриджек, взяв инициативу разговора на себя. — Можешь не притворяться и курить. Тут без этого не разобраться. С чего бы начать? Видишь ли, меня зовут Джудас. Это настоящее имя, хотя недавно я сменил его на Юдас. Как бы… я когда-то был тобой… Знаю, ты не поверишь, это кажется дикостью, не перебивай. Сейчас всё поймёшь. Я недавно был тут, курил себе косяк… а потом всё пошло по… кхм… ужасно. Видишь ли… готовиться диверсия. Один из Красных убьёт дипломата.
— Допустим…
— Не перебивай, ты слушай, слушай… они украдут нашу одежду, поэтому вся вина будет на нас. Из-за этого меня будут преследовать. Завяжется перестрелка, меня ранят, вырубают. И всё бы было плохо, если бы не эта сука. Ну эта, которая от тебя ещё и морозится. Да-да, именно та, о которой ты подумал.
— Мария? — недоверчиво скривился Джудас.
— В точку, — многозначительно кивнул Фриджек. — Эта сука тебя перевяжет и доставит в подземную лабораторию. Из-за развязанного конфликта гибнет обе группировки, но это неправильно. Враг — Столица. Поэтому один хирург изменяет мне лицо. Старик, ты его знаешь.
Глаза Джудаса заметались по песку. Какой старик? И тут его осенило:
— Хорий Мстиславович?!
— Именно! На лету схватываешь!
— Но он же умер! Как, как же он может жить?!
— Э-э, — Фриджек этого явно не ожидал, — э-э, ну, он как бы и не умирал. У Хория Мстиславовича было достаточно времени при жизни, что бы создать Андроида — высокотехнологичного робота, и при смерти тела своего физического переместиться в механическое!
— Невероятно! — Джудас выпучил глаза. — От Хория этого я совсем не ожидал!