Мародёр неспешно прогуливался улицами города, вечно напоминая себе шёпотом, что его зовут Джудас. Почти все Красные Галстуки не обращали на него внимания. Лишь один имел наглость заметить, что он, Джудас, подстригся. В ответ Фриджек пожал плечами. Он пытался говорить как можно меньше, мало ли голос его выдаст. Или же хрипеть, ссылаясь на то, что у него от сигарет сегодня голос сел. Впрочем, ему удалось узнать, где именно произойдёт встреча. По среди главной улицы. На виду у всех. Оба дипломата встретятся, и пройдут в отдельное здание, где тет-а-тет обсудят все свои дела. И туда, кроме самих дипломатов и заранее выбранных свидетелей, никого не пустят. А ещё он узнал, что он редкосный укурок, раз такое умудрился позабыть.
Он взглянул на часы. Пять минут до встречи. Он прислонился к стене здания на главной улице, рядом со входом в постройку, предварительно распахнув её дверь, и смотрел в ту сторону, где встретятся дипломаты. Со стороны Красных уже вышел высокий седовласый мужчина. Он был без маски, когда все остальные Галстуки их носили. Представители обеих банд успели оцепить место встречи, и Фриджек, по сути, уже находился во внутреннем кольце обороны. Такая важная встреча сорвётся. Нельзя им дать уйти в здание переговоров. Наёмник про себя ухмыльнулся. Все северные части города были подконтрольны Синим, с противоположных — Красные. Друг к другу лицом. Он заметил с дюжину Беретов на крышах зданий северо-западной части маяка. В эти минуты, когда сердце отсчитывало каждую секунду, эхом отдавая каждый удар в ушах и ладонях, он успел рассмотреть униформу Беретов. Занимательно было то, что одноимённого головного убора у них не было, у каждого было несколько синих нашивок на рукавах военной камуфляжной куртки. И все они были в масках.
Его часики запиликали. Время пришло. Он крепко сжал рукоять револьвера за спиной. На горизонте показались трое. Они медленным шагом приближаются к седовласому дипломату. Наёмник ещё крепче вцепился в револьвер, от нервов прокручивая полностью заряженный барабан. Они пожмут руки в пяти метров от него. Один выстрел. Один труп. Одна фраза. Одно задание. Его работа.
Время будто замедляет своё течение. Секундная стрелка еле ползёт по циферблату. Весь мир затаил дыхание в этот момент, момент, который войдёт в историю. Даже самые малые шорохи отдаются сильнейшим гулом у него в голове… вдох… выдох… его ладони вспотели… пальцы мертвецки леденеют…
и сердце…
бум
БУМ
БАЦ
в ушах…
она…
рыжие…
пахнут цветами…
он выхватывает револьвер…
она поднимает глаза…
голубые…
конец?
========== “и нам тоже надо её выполнять…” ==========
— И, что же ты сделал после того, как выстрелил?
Фриджек задумчиво уставился в потолок. Затем, затушив окурок, потянулся за новой сигаретой.
— Закричал что-то вроде «бей синих, личный приказ Брэйва Мьордера». И затем пристрелил ещё и сопровождающих дипломата.
— И что дальше? Неужели Галстуки были настолько тупы, раз открыли огонь?
Фриджек пустил облачко дыма в потолок.
— Нет, они ничего не сделали. А вот Береты струсили и тут же открыли огонь по Красным. Ну, так и началась бойня. А я тихо шмыгнул в то здание, у которого стоял… Ну там и спрятался.
— Красиво… — одобрил Блэйк. — Очень красиво сработал.
— Да, — Фриджек горько усмехнулся. — Я же взялся за работу.
— Что-то не так? — наниматель прищурился. — Ты какой-то невесёлый. Всё хорошо! Мы тебе много денег отвалим.
— Знаешь… не могу объяснить, — наёмник прижал ладонь к груди, — тут… очень не комфортно… сдавливает… что-то жжёт.
Блэйк взглянул на вторую опустевшую пачку из-под сигарет.
— Это из-за того, что ты выкурил много, — заверил он.
— Думаешь? — безразлично спросил мародёр. — Я курил, что бы не жгло.
— Зуб даю. А может из-за того, что обратно к Вернару пришлось снова добираться пешком. Устал.
Фриджек повёл плечами. Нет, усталости он не чувствовал. Это было что-то совершенно иное. То, чего он доселе не испытывал. Тупая, ноющая боль, где-то глубоко внутри груди.
— Ладно, за такую красоту заплатим тебе на… скажем… сотню монет больше, а? Они теперь и на милю друг к другу не приблизятся.
— Там это… — шёпотом перебил Фриджек, — квартирку в Столице обещали.
— Ну… Обещали, — Блэйк почесал затылок. — И она, верно, есть. Но может ты это… Передумаешь? И нам по шапке надают… Да и потом… Ты выполнил превосходное задание. Афишировать, конечно же, не будем. Но слушок пройдёт, что ты сделал работу для Столицы. У нас есть в пустыне несколько домиков… И денег заплатим…
— Нет, — задумался Фриджек. — Прости. Что-то мне нехорошо, — он с силой вцепился в грудь, — тут… чрезмерно больно. И я устал… очень устал.
— Но…
— Блэйк, ты ему обещал. Ты сам ему обещал, — Роккхард, который до этого не сказал ни слова, с силой стиснул плечо напарника. — Это твоя вина, — и он улыбнулся.
— Да, да, да… да. Хорошо, — поник Блэйк. — Будет тебе квартирка. Рок, оставь нас на пару минут. Сделай одолжение старому хрычу.
Роккхард тихо выругался, однако всё же покинул паб «Голландец», на прощание оставив бармену Илье Жуку пару золотых монет.