Я согласно покивала и села на кровать, соображая, что именно мне надо сделать, чтобы не проспать время нашей с его высочеством… тьфу ты, с его милостью планируемой поездки в Лондон. На душе все еще свербело, но как-то вяло и почти безболезненно. Будто я всего-навсего получила от него плохую оценку за эссе. Ну, или выговор за плохое поведение. Ура «Перкосету»!
Пораздумав, я поставила будильник на 15:30 и уже почти завалилась спать… Как вдруг решила, что меньше всего хочу сегодня ехать в Лондон с человеком, который только что послал меня куда подальше. И еще меньше хочу возвращаться с ним из Лондона, если вдруг окажется, что мой разбитый телефон уже вне досягаемости. Могу себе представить, какое злобное шипение ждет меня на протяжении всего пути, если я вообще доеду до колледжа, а не окажусь в руках его высокопоставленных душегубов.
Я выключила будильник и позвонила в компанию такси, которая обслуживала наш пригород. Съезжу за компроматом сама. Если его уже выслали в Россию, куплю такой же телефон, сломаю его в дребезги, раскурочу память и представлю все так, будто это и есть тот самый поломанный телефон – как оказалось в процессе ремонта, полностью и безнадежно испорченный. Подкуплю даже работника мастерской (чем я хуже Самойловой?) – пусть даст мне что-нибудь типа справки с окончательным вердиктом. Авось Кронвиль и скушает.
Заказав такси к парадному общежития, я собрала сумку – на всякий случай, если вдруг придется задержаться в городе. А почему бы и нет? Я ведь даже не позвонила сначала в мастерскую именно из-за этого – просто хотелось свалить отсюда, и, скорее всего, я бы сделала это даже если бы мне вообще никуда не нужно было ехать. Удивлю, к примеру, Майлса и останусь у него на ночь. А если его нет – заночую у того же временно отставленного Стива. Или вообще в гостиницу пропишусь, отдохну, схожу в клуб, напьюсь с горя… Пусть господин ректор побегает, побеспокоится. Если у этого парня вообще были ко мне хоть какие-то чувства.
Машина приехала на удивление быстро, рыжий таксист помог мне спуститься с лестницы и открыл заднюю дверцу, сунув мой костыль на пол. Голова немного кружилась от обезболивающего, но мне же не рулить. А поспать можно и на заднем сиденье. Благо в таких вот моделях они широкие.
- Куда едем? – спросил таксист.
- В город… - ответила я и судорожно, до свода челюстей, зевнула.
Пока выезжали из поместья, успела написать Ксюхе эсэмэску – куда уехала и зачем – и подивиться, почему это таксист компании, в которой, насколько мне известно, работают одни индусы, выглядит ирландцем в десятом поколении… или шотландцем… а впрочем, как разница... таблетка выключила меня, не дав мозгам по-настоящему заинтересоваться этим вопросом…
***
Проснулась я уже в городе, причем от сильной встряски – водитель наехал на скоростной «бамп».
- Куда едем, мисс? – повторил он вопрос, заданный более чем… я глянула на часы… пятьдесят минут назад. Все, теперь точно нет никакого шанса, что я успею вернуться к назначенному господином ректором времени. Ну и прекрасно! Не дам себе ни одного шанса передумать.
Действие таблетки прошло, и на душе опять было больно и гадко. Эх жаль, забыла свой замечательный «Перкосет» на тумбочке. Придется чем-нибудь его заменить – чем-нибудь сильным. Иначе вместо планируемого веселья, я проведу ночь, воя в подушку в гостиничном номере.
- 86 Уайлд Роуз Стрит, - ответила я, и таксист кивнул, набирая номер на GPS. Резко вырулил на ближайшем повороте и повел машину по тихой улице, «срезая» по методу, известному лишь водителям такси.
В сумке зазвонил телефон, и я вытащила его на свет. Оказалось, что достучаться до меня пытались уже двое – один раз Ксюха, и два раза Ник… то есть доктор Кронвиль. Сейчас звонил тоже он – уже в третий раз.
Не ответив, я сунула телефон обратно в рюкзак. Быть может, я рано начала горевать? В любом случае, это приятно – даже если он волнуется как профессор, а не как любовник.
И я сделала то, что делала уже много раз, когда хотела на время выключить кого-нибудь из своей жизни – заблокировала его номер. Потому что еще пару таких звонков, и я не выдержу и отвечу, а это будет неправильно в любом случае – если он вдруг захотел вернуться ко мне, пусть понервничает и пострадает. А если беспокоится просто так, по-профессорски – то не о чем нам с ним и разговаривать, подавать себе зряшные надежды.
И все же, как я ни пыталась сдержать дурацкую улыбку, непроизвольно растянувшую мне губы, приходилось признать – его звонки (во множественном числе!) подняли мне настроение и свернули готовую проглотить меня депрессию в маленький аккуратный комочек где-то на задворках сознания.
- Приехали, мисс, - объявил таксист, остановившись перед небольшим магазинчиком с вывеской «Глобал Мастер - Починка Электроники/Подержанные Ноутбуки».
***
К моему удивлению, он вышел из машины и открыл мне дверь, будто я какая-нибудь принцесса. Вот это муштровка! Или на жирные чаевые нарывается, зная, какой контингент учится у нас в колледже? Только со мной это не прокатит, у меня сотни две с собой всего, да еще пара карточек.
