– А что наши наставники? – Гермий говорил негромко, но взгляды тотчас обратились к нему. – Не приставят ли они нас к какому-нибудь делу, чтобы мы поучились на опыте?
– А ты как думал? – усмехнулся в бороду отцовский военачальник Каликтиад, хороший вояка, но человек простодушный. – Раз царь желает, сделаем из вас приличных воинов, верно, старый товарищ? – он весело хлопнул Сосфена по руке, тот ответил мрачным взглядом.
– Мы все послушны воле государя, – льстиво вставил отец Лаиха Димантр.
– Пойдём на варваров, как царь Пердикка! – воскликнул кто-то из юношей. – Покажем этим дикарям нашу силу!
– Это я и хотел обсудить, – сказал Аминта. – С варварами у нас мир, они поклялись в дружбе, к тому же на севере нет ни славы, ни добычи. Лучше мы отправимся на юг, в Орхонтин.
В зале тотчас наступила тишина.
– Куда? – кажется, на этот раз проняло даже невозмутимого Аттала. Агемарх выглядел раздражённым. Собратьями царя всегда считались его гетайры, а теперь какие-то фореты будут к правителю ближе.
– И зачем? – добавил Сосфен.
– Орхонтин – очень важный город, дядя. Он на торговом пути, а его восстание подаёт дурной пример нашим союзникам.
– А эферияне сами не хотят разбираться со своим восстанием? – спросил Аттал.
– У Эфера нет сильного войска на западе, а мы близко.
– К тому же, Аттал, это теперь не их восстание, а наше, – вставил Парамен. – Мы должны чтить союз.
– Да что такого, Аттал?! – воскликнул царь. – Мы их победим в два счёта!
– Орхонтин – укреплённый город, – сухо заметил Сосфен. – Потребуются осадные машины, припасы. Если бы он с нами граничил, мы бы его присоединили и тем возместили убыток, но он не граничит. Дорогая затея, а проку немного.
– Не волнуйся, дядя, мы об этом подумали. Эферияне выделят нам деньги из союзной казны. Хватит и на поход и ещё останется.
– То есть мы теперь наёмники у Эфера? – спросил Аттал.
– Не наёмники, а союзники! – в голосе царя прозвучала почти детская обида.
– Это хорошая мысль, сын мой, – Талая сверкнула глазами в сторону агемарха. – Мы пополним казну и докажем верность союзу. Неужели мы боимся какого-то Орхонтина?
Юноши-фореты при этих словах возмущённо загудели. Послышались выкрики: «Мы никого не боимся!» и «На Орхонтин!». Аттал только раздражённо махнул рукой.
– Дядя, подготовь войско, я сам поведу их в бой!
– Двух стратий на это хватит, – без выражения сказал Сосфен.
– Нужны шесть, дядя.
– На Орхонтин восемнадцать тысяч воинов много, их там нечем будет кормить.
– Нет, дядя, три нужно отправить на границу с Ликадией, а ещё я хочу послать войско моему деду Евмену, чтобы он победил эполийцев.
– Ты собрался воевать ещё и с Леваной?
– Только попугать. Посланник Филопид говорит, что из-за Анфеи ликадийцы могут сделать глупости. Нужно их осадить. Воевать мы не будем.
– Посланнику Филопиду пора уже возвращаться домой в Эфер, – пробормотал себе под нос Аттал. Царь сделал вид, что не услышал.
– Возможно, – сказал Сосфен. – но леванцы воспримут это как оскорбление.
– Да какое нам дело до них?! – воскликнул Лаих. – Наш союз самый сильный, верно говорю?!
– Кто самый сильный, узнают после войны, а не до, – холодно заметил Сосфен.
– А что насчёт варваров? – Каликтиад задумчиво огладил бороду. – Если послать столько войска на юг, мы оголим границу.
– У нас с варварами мир. Отец их достаточно проучил.
– А если нападут простые налётчики, пограничных гарнизонов хватит, – добавил Парамен.
– А если не простые? – ощетинился Аттал. – Я удивляюсь вам! Неужто вы готовы довериться варварам?!
– Всё это выглядит не очень разумно, племянник, – кивнул Сосфен. – Мы оголим границы, поссоримся с Леваной, потеряем людей в Орхонтине, а взамен получим всего лишь золото. Дела Келенфа и Эполы, да простит меня царица-мать, нас тоже не касаются. Мы могли бы помочь Евмену, по-родственному, но прежде надо понять, какие из этого можно извлечь выгоды.
– Кажется, для великого Сосфена святость союзных и родственных уз ничего не значит, – презрительно бросил Парамен.
– То-то ты продал родному брату кусок болота по цене хорошей пашни, – сказал Аттал.
Оба вскочили с мест, точно бойцовые петухи, и соседям пришлось разнимать сцепившихся вельмож. Аминта разочарованно наблюдал за склокой.
– Если мне будет позволено высказаться после многоопытных мужей... – начал Гермий.
– Конечно! – обрадованно воскликнул Аминта, с надеждой глядя на приятеля. – В этом собрании всякий может говорить, и взрослый, и юноша.
– Если я не ошибаюсь, от леванской до северной границы ускоренным маршем идти неделю, верно, досточтимые полководцы?
– Это так, – кивнул Каликтиад. – Неделя или около того.
– На границе с варварами города, которые царь Пердикка укрепил именно для того, чтобы иметь возможность перемещать войска с одной границы на другую. Так неужели варваров, если те даже нападут, не получится сдержать до подхода войск с юга?
