— А значит, он не прекратит нападать на племя Кархайг! — зло бросил Хрут, презрительно скривив губы, продолжил, — люди нашего племени не приняли тебя! Из-за тебя казнили Балоха, чуть не лишился жизни Томэг, которого вскоре избил Снор за службу тебе! Ты никогда не станешь своей…
— Хрут! — снова остановил его «сова», хмурым взглядом посмотрев на коллегу, тяжело вздохнув, произнёс, — он прав, ты никогда не станешь своей.
А я продолжала молчать, переводя свой взгляд от одного к другому, умышленно не смотрела на Бранда, зная наверняка, что он радостно скалит зубы. Просто ждала, чем этот фарс закончится, ведь для чего-то они меня позвали, явно что-то задумали.
— Ты жена вождя, его кровь течёт в тебе, — заговорил ещё один с кривым шрамом на лбу, — твои деяния смылись кровью мужа, но люди помнят зло, совершённое тобой.
— Они никогда не забудут, ведь в каждом доме был тот, кто пал от твоей руки, — добавил четвёртый. Мораг, тоже, как и я, молчала, но по её поджатым губам и недовольному сверлящему взгляду я догадывалась, что она не знает к чему, ведут мужчины.
Я же, слушая советников, даже мысленно не возражала их словам, соглашаясь с каждой брошенной обвиняющей фразой. Ведь это действительно так, я сама понимала, что в этом племени я одна и даже ведунья в любой момент может отвернуться от меня. И я очень хотела бы изменить отношение людей племени Кархайг ко мне, но те жалкие потуги, что я делала, их было недостаточно…
— Испытание северным ветром, — донеслась до меня странная фраза, прерывая мои тягостные думы. Непонимающе взглянув на Мораг, заметила её нахмуренный взгляд и сжатые кисти рук в кулак, так что дряблая тонкая кожа натянулась и стали видны темно-синие вены. Сразу перевела свой взор на Хрута, который сейчас довольно улыбался.
— Бранд беспокоится о благополучии клана и своего вождя, — продолжил говорить «сова» с сочувствием на меня поглядывая, — он напомнил нам об испытание северным ветром, оно убедит людей племени Кархайг, что ты стала своей. Никто больше не посмеет смотреть на тебя как на врага…
А я опять молчала, до боли закусив изнутри губу, тут же почувствовала противный вкус железа во рту. Слушая за своей спиной сердитое сопение Стэнна, смотрела на довольного Хрута и понимала, это испытание не будет простым. А судя по торжествующей улыбке Бранда, оно скорее будет смертельным.
Гнетущее молчание в тёмном каменном склепе затягивалось, советники высказались, но я не спешила с ответом. Мои мысли метались словно пчёлы в разворошённом улье, быстро просчитывая возможный итог, того или иного моего ответа, но как бы это ни было страшно, я осознавала — у меня снова нет выбора. И это начинает раздражать… криво усмехнувшись, окинула взором каждого советника, чуть задержав свой взгляд на ведунье, произнесла:
— Вы соединили кровь Суин с кровью племени Кархайг. Не спрашивая моего желания, сделали изгоем в этом племени и лишили родных. А сейчас вы заявляете о своей ошибке? Говорите, что ваше предположение не исполнилось? Обвиняете меня в своей неудаче? Вы только что признались в своём бессилии! А я… я докажу, что достойный вождь племени Кархайг! Я согласна!
— Нет! Агнар будет против такого решения! — вдруг рыкнул Стэнн, выступив передо мной, — только единожды удалось пройти испытание северным ветром! Больше сотни лун никто не отважился повторить это! Эйва дитя равнины, она не выдержит ночь в горах!
— Стэнн, Эйва приняла решение, — прервал его «сова», печально улыбнувшись, добавил, — её проводят к Тейваре, никто больше не смеет подниматься на святыню. Утром, когда Тейвха выйдет из-за горы Ханд, мы будем ждать Эйву на выступе.
— Вам всем придётся ответить вождю, — процедил сквозь зубы нэрмар, схватив меня за руку, грубо потянул к себе ближе и тихо проговорил, — ты могла отказаться, зачем?
— Ты знаешь, — горько усмехнулась, высвобождая руку из цепкого захвата, произнесла, — они правы, мне никогда не стать своей.
— Если выживешь… значит, Вхагар отметил тебя, значит, Вхагар говорит твоими устами. Никто больше не посмеет указывать тебе, даже совет.
— Отличная весть, — улыбнулась мужчине, прошептав, — я постараюсь выжить.
— Хватит, пора! Северный ветер только одну ночь приходит к Тейваре, — недовольно заворчал Хрут, своими словами невольно подсказав мне, к чему была такая спешка. И вот почему Бранд так торопился увидится с советом и даже не зашёл в замок.
Оружие, бурдюк с отваром и шкура, которая укрывала лишь половину моего тела, это всё, что выдали мне в дорогу. Советники, как и Бранд не вышли меня провожать, что откровенно говоря, радовало. Выйдя из мрачного помещения на улицу, щурясь от ослепительного света, невидяще смотрела, как Стэнн, что-то сердито выговаривал трём воинам, которые вызвались сопроводить меня до святыни и оставить там на ночь. Те с мрачными лицами внимательно слушали нэрмара, украдкой поглядывая в мою сторону.
