Губернатор Казани устроил в своем доме великолепное представление; Екатерина выказала свое восхищение, оставшись до полуночи — позже своего обычного времени отхода ко сну. Как всегда бывает в случае приема царственных или государственных особ, все не жалели сил, чтобы представить императрице блестящую картину, и она таки оказалась под впечатлением:
В Симбирске общество сошло с галеры и приготовилось вернуться в Москву (где Панин в отсутствие императрицы проводил большую часть времени с графиней Строгановой). Хотя Екатерина не выказала намерения разузнать о своих наименее преуспевающих подданных, это путешествие все-таки открыло ей глаза на разнородность людей, и она сообщила Вольтеру о трудности создания законов, которые были бы равно приемлемы для всех — «при различии в климате, людях, обычаях и даже взглядах!»{408}
В Москве Екатерина окончательно погрузилась в приготовления к образованию Законодательной комиссии. В воскресенье 30 июля в десять часов утра императрица выехала из дворца Головина в Кремль в карете, влекомой восемью лошадьми, в сопровождении шестнадцати экипажей с придворными и отряда конных гвардейцев во главе с Григорием Орловым. Великий князь Павел также ехал следом в собственной церемониальной карете. В Кремле депутаты в определенном порядке прошествовали по двое через площадь за генерал-прокурором Вяземским, чтобы присоединиться к императрице в Успенском соборе. Во время церковной церемонии представители нехристианского меньшинства оставались снаружи. Екатерина возлагала большие надежды на то, что ее Комиссия преодолеет религиозные различия, написав Вольтеру:
После службы депутаты подписали должностную клятву, а Екатерина тем временем проследовала в Грановитую палату, где и встретила их в зале приемов. В императорской мантии и маленькой короне Екатерина стояла перед троном. Копии ее «Великого Наказа» и правила проведения процедуры Комиссии были разложены на застланном красным бархатом столе, расположенном справа от нее, а слева стоял великий князь Павел (теперь ему было уже почти тринадцать лет) с придворными, чиновниками и иностранными посланниками. Присутствовали также самые знатные придворные дамы. Митрополит Новгородский Дмитрий Сеченов, который был избран депутатом от Синода, чтобы представлять церковь, произнес хвалебную речь в адрес Екатерины, а затем вице-канцлер Голицын зачитал основательное приветствие от императрицы.
Первая рабочая сессия Комиссии состоялась на следующий день в Грановитой палате. Первым пунктом повестки дня стало прослушивание депутатами «Великого Наказа» Екатерины; оно закончилось только к пятой сессии, 9 августа. «Великий Наказ», или, если называть его официально, «Наказ Комиссии для составления нового Свода Законов», состоял более чем из пятисот пунктов, отражавших непоколебимую веру Екатерины в закон и в то, что он будет работать в России. Это был краткий конспект общих принципов, на которых должно базироваться хорошее правительство и все общество. Много тут было переработанных и расширенных пунктов и замечаний, составленных ею для себя еще в 1761 году. Она закончила свой «Великий Наказ» оптимистически:
