— Я тебя понимаю! — Айви тоже улеглась на скамью. — У моего брата Фернандо вообще всё хорошо получается. Он может любой прибор на части разобрать и потом опять собрать. Даже швейную машинку! Он уже заканчивает обучение, а потом его отправят на фронт. Мама и папа только об этом и говорят.
— Все только об этом и говорят, — сказала Сьюзен. — Слушай, почему ты все время носишь эту куртку и шапку?
— Это куртка Фернандо. Он мне дал поносить, пока он воюет. Чтобы я знала, что он все еще заботится обо мне, пускай издалека. А шапку мне подарила моя лучшая подруга Арасели. Ее мама сделала нам одинаковые шапки. Мы с ней так похожи, что все нас принимают за сестер… То есть принимали.
Слова сами рвались с языка, а Сьюзен слушала так внимательно, что Айви сама не заметила, как рассказала ей и про мисс Дельгадо, и про то, как ей грустно было уезжать из Фресно и как она обогнала весь свой класс по чтению и по математике.
— Я тоже раньше обгоняла свой класс, — сказала Сьюзен. — А потом отстала. Не знаю почему. Раньше мама с папой мне помогали с уроками. А теперь они все время усталые… И грустят.
Айви попробовала представить себе жизнь без Фернандо. Случись самое плохое, семья точно развалилась бы и вряд ли Айви сумела выполнить свое обещание и все исправить. От одной только мысли об этом на душе стало тяжело.
— Я тебе буду помогать с уроками!
Сьюзен села, недоверчиво глядя на нее.
— Правда поможешь?
— Конечно! Нам же будут задавать одно и то же? Можно даже никому не рассказывать! Пусть это будет наш секрет.
У Сьюзен в глазах заблестели слезы. Она торопливо их смахнула.
— Айви, спасибо! Знаешь, я так рада, что ты сюда переехала. У меня вообще-то совсем нет подруг.
Айви повернулась на бок, подперев голову рукой. Было трудно поверить, что у Сьюзен столько всего есть, а друзей нет.
— Почему?
— Мне не разрешают никого приглашать домой, и в гости ни к кому нельзя ходить, только вместе с мамой. Тебе можно приходить к нам, потому что твоя мама на нас работает. Если папа спросит, почему ты пришла, мама скажет, что миссис Лопес не с кем было тебя оставить. Мама все уладит.
— Но сейчас-то мы вместе? — удивилась Айви.
— Я почти дома, на самом краю нашего участка. Я здесь постоянно играю одна. Мама говорит, папа очень боится потерять еще одного ребенка, тем более что Том сейчас воюет где-то в Европе. Не знаю, что с нами будет, если Том не вернется. Особенно после Дональда…
Сьюзен прибавила шепотом:
— Папа до сих пор иногда плачет о Дональде.
Айви не знала, что сказать. Все это было ужасно грустно. Хотя она никак не могла представить, чтобы каменнолицый мистер Уорд плакал.
Сьюзен хмурилась, рассматривая свою губную гармошку.
— Знаешь, нам принесли телеграмму. Так мы узнали про Дональда.
Айви дотянулась и сжала руку Сьюзен. Так они сидели несколько минут, глубоко задумавшись каждая о своем. В тишине слышно было только, как щебечут птицы в ветвях.
Вдруг издалека донеслось какое-то звяканье.
— Это мама звонит в колокол на заднем крыльце! Мне надо возвращаться. — Сьюзен спрыгнула с телеги. — До понедельника! Автобус сначала около нас остановится. Хочешь, я займу тебе место?
Айви кивнула:
— Займи, пожалуйста!
Сьюзен медленно пятилась к апельсиновой роще, не переставая говорить:
— Давай встречаться здесь по субботам? Только я в следующую субботу не могу, я на Рождество к бабушке уезжаю. А как только вернусь, тогда давай? Пусть здесь теперь будет наше место, а не мальчишек!
— Давай, — сказала Айви.
— Побожись!
Айви улыбнулась, потом наморщила лоб.
— Почему ты всегда просишь дать тебе клятву?
Сьюзен повела плечом:
— Ну, наверное, потому, что иногда бывает, человек скажет «до встречи», а потом вы больше не встретитесь…
Айви посмотрела на вырезанные на телеге имена и все поняла.
Она быстро нарисовала пальцем крест у себя на груди.
— Ей-богу!
В воскресенье папа чинил дверь сарая Ямамото, а Айви тем временем закрашивала надпись на двери дома и старалась не думать о шпионах.
Папа сказал, что их будущее связано с будущим семьи Ямамото. Значит, если кто-нибудь докажет, что Ямамото все-таки шпионы, папа останется без работы. Им снова придется переезжать, и, может, на новом месте не будет таких замечательных возможностей, как школьный оркестр или собственный дом.
Позже, когда она подбирала себе одежду для школы, мысли все время возвращались к шпионам. Шпионы всегда ходят в черном? Или они днем одеваются как все, а шпионскую одежду носят по ночам, когда занимаются своими шпионскими делами? Может черная одежда служить доказательством?
Ночью Айви все время просыпалась и в понедельник утром проснулась слишком рано. И все-таки она не так нервничала, как обычно перед первым днем в новой школе. По крайней мере, не придется плутать в незнакомом месте и гадать, где сесть в столовой и с кем играть на перемене. Там будет Сьюзен!
Мама проводила Айви до дороги и дождалась, пока подъедет старенький школьный автобус.
Айви поцеловала ее на прощанье и поднялась по ступенькам автобуса.
Сьюзен вскочила и замахала ей. Айви прошла по проходу и села на свободное сиденье рядом со Сьюзен.
