Причиной отчаянного погружения Лу в работу стали и постоянно приходившие с фронта скверные вести. Спустя месяц после ее приезда в Магматику стало известно об эвакуации гражданского населения Куга. Поток беженцев хлынул во все города империи, включая столицу. Отовсюду доносились слухи о том, что число химер растет с каждым днем. Становилось известно о падении округов, принадлежащих и другим империям, и множились связанные с этим трагические истории. Хотя власти призывали людей сохранять спокойствие, уровень тревожности в обществе постоянно нарастал. Участились волнения, стычки, мелкие преступления.
После сдачи Куга и закрытия местного трансмоста армия Феникса переместилась в Юз, туда же стянулись и все остальные отряды, прежде оказывавшие помощь чужим армиям. Главной целью Шаориса стало как можно быстрее и надежнее организовать оборону этих земель, поскольку прогнозы ученых говорили о скором появлении там химер. И если предыдущие два потерянных округа – Фэб и Куг – были сравнительно малы, то потеря Юза, одного из самых значимых городов империи, стала бы для нее куда более тяжелым ударом.
Хотя постоянно получала весточки от Хартиса и Нами и даже пару раз говорила с ними по астральной связи, Лу сходила с ума от мысли, что где-то там они продолжают подвергать себя опасности в противостоянии полчищам монстров. Погружение в историю о погибшей императрице не только отвлекало ее от тревожных дум, но и сглаживало беспомощность, которую она постоянно испытывала. В какой-то момент зацикленность на почве утерянного пророчества даже придала девчонке смелости заговорить с самым высокопоставленным лицом в империи.
Это был один из тех дней, когда в Партфор прибыла делегация из дворца для обсуждения последних испытаний препаратов от химерной болезни. Совещание проводилось в отдаленной части госпиталя, и Лу под предлогом обеда улизнула из отделения милосердия. Поджидая внизу в холле, она вспоминала прибаутку, которой в Кауре Хартис успокаивал ее перед визитами к высокородным клиентам: «Волноваться будешь, когда предстанешь перед султаном». Хотя Лу не отвергала возможности, что когда-нибудь выходец королевских кровей действительно может заинтересоваться их лавкой тканей, девчонка была уверена – и оттого совершенно спокойна – что на столь ответственное дело господин никогда не бросит неумелую и глупую рабыню.
Но больше Лу не была рабыней, и похоже, ее время волноваться настало, ведь спускавшаяся по лестнице в сопровождении свиты женщина после смерти Алексис правила всем Шаорисом. И именно к ней шагнула девчонка, напряженная, словно туго натянутая струна.
– Простите, регент Реджинальс. Можно задать вам вопрос?
Статная шаотка средних лет, облаченная в простой, но изысканный хитон, остановилась и смерила Лу царственным взглядом. Ее охранники с абсолютно непроницаемыми лицами обступили девчонку полукругом. Пускай они не доставали оружия, Лу знала, что в случае чего не успеет моргнуть и глазом, как из их ножен вылетят кинжалы и превратят ее в решето.
– Ох, леди Реджинальс, не обращайте внимания, – сопровождавшая регента люмерка из исследовательской группы смерила испепеляющим взглядом дерзкую санитарку, посмевшую полезть с разговорами к важной персоне, и попыталась отогнать ее: – Кыш!
– Это… это не займет много времени, обещаю, – выпалила Лу, краснея, и сложила руки треугольником в шаотском умоляющем жесте.
Она начала жалеть о своей затее, но вовсе не потому, что боялась быть отчитанной или уволенной – куда больше она боялась доставить неприятности своим опекунам, Руфусу и Вивис. Люмерка шагнула вперед, намереваясь оттеснить Лу с дороги, но тут к превеликому облегчению девчонки регент повела рукой:
– Что ж, если не займет, то я не возражаю. Кажется, с восточной стороны к зданию прилегает сквер. Как насчет небольшой прогулки?
Она обладала удивительным голосом, мягким, но с затаенной опасностью. Ее речь текла, словно густое масло, обволакивая собеседника.
– Сквер? – не сразу поняла Лу. – Вы имеете в виду некрополь?
Госпожа расплылась в таинственной улыбке.
– Именно. Там тихо, а я устала. – Она повернулась к люмерке и, слегка коснувшись ее плеча, сказала: – Как и обещала, я подниму вопрос о дополнительном финансировании на завтрашнем совете. Мой секретарь позже направит результаты письмом. Благодарю за ваш труд.
Она на прощание одарила ученую жестом Гармонии, и та, все еще озадаченная, ответила тем же и отступила. Покинув госпиталь, леди Реджинальс сделала знак одному из телохранителей, и он последовал за ней с Лу, тогда как остальные направились к запряженному ирбисами богатому экипажу.
