— В Индию. Есть такой ретрит, где учат медитации, жизненным навыкам и тому подобному. Это в самом замечательном дворце — ну, сейчас это, конечно, не дворец, но когда-то был дворец, и там есть спа, бассейн и все такое. У меня серьезный стресс. И нет совершенно сил с ним справиться. Моя подруга Анжелика сказала, что недавно была там и это просто потряс. Она собирается туда снова, поэтому я решила составить ей компанию. Откуда мне было знать, что ма и па собрались навестить друзей в Ницце? В любом случае все уже забронировано и оплачено, я не могу не поехать. — Увидев его поднятые брови, она добавила: — Конечно, папа заплатил.
Конечно. На свою зарплату София никогда не потянула бы курортный отдых в Индии. Он подавил вздох. Ее родители всегда поддерживали ее во всем. Даже слишком поддерживали, никогда не поощряя дочь встать на собственные ноги. Каким-то образом они всегда были рядом, ухитряясь минимизировать последствия ее авантюр. Хотя они хотели как лучше, у Хокона было подозрение, что Софии неплохо было бы вернуться в реальность. Как можно испытывать стресс от слишком большого количества вечеринок и покупок? Но это была не его проблема. Или обычно не его.
— Так ты говоришь, что хочешь, чтобы я бросил все и сидел с Линнеей… И как долго? — Он попытался скрыть сарказм в своем голосе, но не совсем в этом преуспел.
— Две-три недели. Максимум четыре. — София пожала плечами. — У меня была такая огромная нагрузка, что даже не знаю, сколько мне понадобится времени.
— Нагрузка. Хорошо. А тебе не приходило в голову, что это может быть немного неудобно для меня? — Хокон указал в сторону площадки. — У нас здесь в разгаре археологические раскопки, за которые я отвечаю, так что я не могу просто так уехать. И всю неделю я здесь, а не дома.
Глаза Софии вспыхнули.
— Что ж, самое время тебе принять наконец настоящее участие в заботе о дочери. Папа предложил оплатить временную няню, но я не понимаю, почему он должен это делать, когда у Линнеи двое родителей. Она у тебя почти никогда не бывает, так что нет, мне и в голову не приходило, что тебе будет «неудобно» какое-то время пожить с дочерью. Ради всего святого, сейчас лето. У большинства людей в это время года отпуск.
Хокон стиснул челюсти и подавил в себе желание ответить, чтобы не затеять настоящую ссору в присутствии дочери. Ему придется как-то разрулить непростую ситуацию, и это будет нелегко. Его собственные родители не собирались уходить в ежегодный отпуск до августа, и он предполагал, что Линнея не посещает детский сад для детей работающих родителей.
— Прекрасно. Поступай как знаешь. Но когда ты вернешься из Индии, ожидай письма от моих адвокатов. С этого момента я буду требовать другого соглашения об опеке. Так, чтобы я мог принимать «настоящее участие».
Глаза Софии мгновенно превратились из сердитых в грустные и обиженные, как у маленькой девочки, в уголках показались слезы.
— Боже, иногда ты такое дерьмо. Но ладно, потом поговорим. — Она повернулась, собираясь сесть в машину.
Хокон откашлялся.
— Э-э, ты ничего не забыла? — Он незаметно кивнул в сторону Линнеи, которая молчала во время их разговора.
— Вот глупая! — София изобразила ужас и потянула дочь, сидевшую у него на руках, к себе, чтобы крепко обнять. — Пока, милая! Веселись тут с папочкой, хорошо? Мы скоро увидимся, и тогда маме станет гораздо лучше, и мы много чего сделаем вместе, хорошо?
— Хорошо. Пока, мамочка.
У шестилетней Линнеи был очень взрослый взгляд, который красноречиво показывал Хокону, что на посулы дочь не купилась. За свою юную жизнь девочка успела наслушаться множества пустых обещаний и оправданий от матери. Эта мысль опечалила его и наполнила решимостью уделять девочке максимум внимания. Вот только сейчас ему нужно было придумать, как присматривать за ней и одновременно вести важные раскопки.
Мия была заинтригована, когда Хокон направился к воротам. Она проследила за ним взглядом и с удивлением увидела, как из машины вышла женщина, а за ней маленькая девочка, которую он поднял и обнял. Послышались громкие голоса, а вскоре после этого хлопнули дверцы машины, и женщина умчалась в облаке пыли. На дороге остался стоять Хокон, а рядом с ним девочка и пара сумок.
— Какого черта? — Айвар присоединился к Мие, наблюдавшей за этой сценой, и точно выразил ее чувства. — О, это, должно быть, его дочь. Он говорил мне, что у него есть ребенок, но не сказал, что она приедет сюда.
— А я и не знала, что у него дочка, но, думаю, сейчас нам ее представят.
Осознание того, что Хокон был отцом, поразило Мию прямо в сердце, и на мгновение у нее перехватило дыхание. Он и девчушка так чудесно смотрелись вместе. А женщина в машине, должно быть, его жена, — она тоже выглядела сногсшибательно, идеальная пара для Хокона. Мия подавила всплеск раздражения оттого, что ей совершенно не хотелось заниматься работой. Да что ей до них?
