Время от времени они делали короткие остановки, чтобы прислушаться, не нарушают ли лесную тишину какие-нибудь посторонние звуки. Но, казалось, все тщетно. Мысль о том, что генерал мог их облапошить, внушала неподдельный страх, а конца злополучного леса все никак не было видно.
Кира чувствовала, что еще немного, и ею овладеет отчаяние. В голову ей то и дело начинали приходить жуткие варианты действия, которые она могла бы избрать в случае неудачи. Простит ли ей Темный Палач провал задания? Было бы наивно так полагать.
«И что мне делать? — думала Кира. — Податься в изгои? Предложить своим напарникам сколотить разбойничью шайку и грабить в этой глуши заблудших путников? Или пытаться бежать в Кариф? Если удастся миновать стражей границы, в этой стране меня ожидает жизнь изгоя до самого конца моих дней…»
Но, наконец, где-то после получаса бесплодного хождения, они услышали конское ржание. Следопыты пошли на звук и обнаружили повозку с двумя лошадьми.
— Все верно, это его повозка, — заявил разведчик. — Нужно обыскать.
Ничего примечательного в карете обнаружить не удалось: лишь несколько предметов обихода и кое-что из одежды. Лошади, две статных гнедых кобылы, были привязаны к дереву. И больше никаких следов Освина Варкассия.
Тем не менее, следуя совету разведчика, Кира решила продолжать двигаться на север. Через какое-то время лес поредел, и вскоре Кира и ее спутники вышли на обширный пустырь. Вокруг было ни души: только суровая и безмолвная природа северного Геакрона. И прежде чем кто-либо их троих задал пугающий вопрос «Что нам теперь делать?» Кира вдруг обратила внимание на небольшой холм, возвышавшийся примерно в трети мили от них. Она немедленно предложила взобраться на него и оглядеть окрестности. Агенты Кофага восприняли предложение без особого энтузиазма, однако, последовали за ней.
— Мы осмотримся и подумаем, как нам лучше прочесать местность, — говорила Кира, пытаясь воодушевить напарников. — Возможно, нам будет лучше разделиться.
— Зря я бросил коня, — сокрушался разведчик. — Уж лучше найти генерала и допросить в открытую, чем вовсе упустить его…
С вершины холма открывался живописный вид на окрестности. На юге узкой полосой на многие мили простирался лес, который они пересекли. На западе то тут, то там виднелись холмики и овражки, терявшиеся во множестве небольших перелесков. На востоке лес вставал более плотной стеной: густой массив ельника уходил к самому горизонту, туда, где лежала, невидимая отсюда, Великая Северная Гряда.
На севере же, начинаясь почти у самого подножия холма, находилась огромная ложбина, как показалось Кире на первый взгляд, природного происхождения. Но, приглядевшись получше, она увидела, что вся ложбина испещрена множеством странных рытвин. Кроме того, там было полно сырой земли, как будто кто-то недавно вскопал эту землю.
Зоркость глаз Киры сильно упала за время службы в штабе, поэтому она попросила разведчика осмотреть необычную ложбину. И каково же было ее изумление, когда он сказал ей, что заметил там… людей.
— Похоже, они что-то копают там, — сообщил соглядатай. — На каторжников не похожи. Да и я, признаться, никогда не слышал, чтобы в этом убогом краю добывали что-то, кроме леса. Их мало… Все это выглядит очень и очень подозрительно.
— Быть может нам стоит… допросить их? — несмело предложил заметно измотанный погоней кучер. — Думаю, в этом не будет вреда. В конце концов, мы действуем в интересах Геакрона, и вправе знать, чем они тут занимаются.
— Решение за вами, Меласкес, — произнес разведчик, переводя полный смутной тревоги взгляд на Киру.
После пяти минут тягостных раздумий Кира, наконец, объявила о том, что она намерена предпринять дальше:
— Не будем рисковать. Вы вдвоем вернетесь к повозке генерала, заберете самое ценное, а главное, пригоните лошадей. Затем разбейте лагерь на опушке леса. Я тем временем отправлюсь на разведку и попытаюсь разузнать, что здесь происходит. Если эти люди на службе Геакрона, то они, безусловно, окажут нам помощь в поисках генерала. Так, или иначе, встречаемся на закате у подножия этого холма. Это все.
— Меласкес, вы отдаете себе…
— Молчать! — крикнула Кира, сама поразившись своей смелости. — За исход нашей миссии нести ответственность буду я. Ваше дело — исполнять то, что я говорю.
Разведчик с минуту волком смотрел на Киру, однако, лишь промолчал в ответ и вместе с кучером отправился выполнять ее приказ.
Оставшись наедине, Кира вдруг почувствовала себя более уверенно. Безумные идеи тотчас зароились в ее голове — ей хотелось бежать, укрыться как можно дальше ото всех, став безвестной отшельницей в этих глухих лесах.
Однако Кира нашла в себе силы собраться с мыслями и решила действовать хладнокровно.
