Эти два дня Гелла изо всех сил старалась вести себя естественно с родными. Она очень переживала из-за предстоящего события, продолжала корить себя за то, что не смогла уговорить отца пойти на сближение с Геакроном, и почти все время проводила в своей комнате.
И все же братья с отцом заподозрили что-то неладное в поведении Геллы: часто интересовались, здорова ли она, и гадали о том, что за перемена произошла в ней после злополучного путешествия в Союз Побережья.
Но вот – все они остались позади. Отец, братья и Карл Вилдерс со своей женой…
С Геллой остались лишь двое провожатых и кучер, управлявший омнибусом.
Один из ее спутников был полноватый мужчина, гладко выбритый с маленькими бледно-голубыми глазками.
— Доко Трирр, — поспешил он отрекомендовать себя Гелле, протягивая свою белую пухлую ручку. Гелла почему-то ни на мгновение не усомнилась, что перед нею представитель аристократического сословия. — А это, — он указал на угрюмого усача лет тридцати, — доко Кастми.
— Рада знакомству, — скромно улыбнулась Гелла. — Расскажите мне о подробностях нашей поездки. Каким маршрутом мы будем добираться до Геакрона?
Доко Трирр неприятно ухмыльнулся, как будто Гелла спросила что-то наивное и притом весьма забавное.
— Мы поедем через Гируллак и Ликрийские поля, — ответил мужчина, продолжая приторно улыбаться, — но эти детали не должны волновать госпожу Брастолл.
— Я должна быть в курсе всех деталей, — отозвалась Гелла с холодной учтивостью.
— Непременно, — наклонил голову Трирр, как-то ехидно скривившись.
Человек этот сразу не понравился Гелле, однако она понимала, что не может проявлять недоверие к людям, которых предоставил ей доко Вилдерс, старый и уважаемый друг ее семьи.
Второй попутчик Геллы, доко Кастми, имел вид весьма скучающий, и, похоже, вообще не особенно интересовался ее персоной, впрочем, как и предприятием, в котором ему предстояло принять участие.
Спустя примерно полчаса омнибус Геллы выехал за пределы городских стен Дакнисса. Перед путниками открылись красоты карифской природы: быстрые ручьи, зеленые холмы, живописные кедровые рощи. Территория вокруг столицы была довольно густо населена: здесь располагалось огромное количество селений и хуторов. Вдоль дорог и на площадях кипела оживленная торговля. Пару раз на пути повозки встретились отряды солдат армии Карифа. В руках одного из воинов Гелла увидела государственное знамя: белый бык на красном поле.
«Страна готовится к войне, — угрюмо подумала Гелла. — Воинские подразделения стягивают в приграничные области».
Она бросила последний прощальный взгляд на удаляющиеся стены родного города, после чего уже окончательно решила не предаваться мрачным мыслям.
Однако это было не так просто.
«Отец будет в бешенстве, когда узнает о моем исчезновении, — вспомнила Гелла. — А доко Вилдерс даже не сможет сказать ему правду обо мне, так как в этом случае навлечет на себя его гнев. В семье начнется хаос… Может ли быть так, что сейчас я совершаю величайшую ошибку в своей жизни?»
На этот вопрос Гелла не могла знать ответ.
— Мы ваша свита, госпожа Брастолл, — после нескольких часов пути промолвил вдруг доко Трирр с какой-то нелепой усмешкой. — Тиам Дзар ни за что не станет с вами разговаривать, если вы заявитесь к нему в одиночку. Знаете, доко Вилдерс, он… очень порывался поехать с нами… но все-таки решил, что будет полезнее на родине, в Дакниссе. Все-таки он член Совета.
Однако переговоры вы будете вести самостоятельно. Мы – лишь сопровождающие. Не более, — после этих слов Трирр опять гадко усмехнулся, после чего замолк на продолжительное время.
А Гелла погрузилась в печальные воспоминания о своем милом товарище и спасителе.
«Ниллон… На свете не могла совершиться бо́льшая несправедливость, чем наша с тобой разлука. Узнать бы, где ты? Жив ли ты? Неужели больше никогда мы не посмеемся вместе над какой-нибудь милой нелепицей, не разделим тяготы опасного пути…»
Гелла поспешила взять себя в руки, чтобы ненароком не разрыдаться при посторонних людях. Она должна быть сильной. Теперь Гелла Брастолл – не просто девчонка из богатой семьи, а представитель государства Кариф на международном уровне.
Она старалась представить крестьян, трудящихся в поле, солдат, которых жены и дети ждут домой живыми и невредимыми. Гелла старалась внушить себе, что она, именно она способна теперь повлиять на их судьбу: заключить союз, который позволит значительно сократить жертвы в грядущей войне, и что самое главное, выиграть ее.
День клонился к закату. Путники решили остановиться на ночлег на небольшом удаленном хуторе. Хозяин с радостью принял гостей из столицы, как будто и не сильно удивившись появлению столь неожиданных личностей.
После небольшого отдыха Гелла, доко Трирр, доко Кастми и их кучер отправились за стол. Хозяин хутора потчевал их сочными свиными отбивными со свежими мягкими краюхами пшеничного хлеба. Гелла с жадностью утоляла голод, доко Трирр громко расхваливал еду и благодарил хозяина за гостеприимство, доко Кастми по-прежнему сохранял угрюмое молчание.
