— Бесстрашие и безумие разные вещи, Месалим.
— Что же, если тебе так хочется, бери девчонку под свою ответственность.
— Слышишь, Слания? Под мою ответственность — рассмеялся Терес и похлопал её по плечу.
Она покраснела от смущения и улыбнулась в ответ. Ларанаи стали собираться в дорогу — путь до цитадели предстоял неблизкий. Наблюдая за тем, как ларанаи навьючивают на себя всевозможную поклажу, Терес, с большой досадой вспомнил о том, что он снова лишился почти всего имущества. У него остались только штаны, плащ и уже изрядно поношенные сапоги — всё остальное, у него отняли слуги Джехута. Хотя оружие степняков и было дорогим, оно едва ли стоило возвращения в Исиат. "Есть у вас оружие?" — спросил Терес, обращаясь к ларанаям. Ему дали фалькату — меч с лезвием в виде крыла сокола. Терес уже видел такие мечи, во время похода — одному из его товарищей таким мечом раскромсали щит, и он едва не остался без руки — фальката была грозным оружием. Кроме меча, Тересу дали бронзовый шлем, покрытый капюшоном из льняной ткани и небольшую нагрудную пластину из бронзы. Отряд медленно выступил вперёд.
— Кто ты такой, Месалим? — спросил Терес — Тебя боятся златоликие, у тебя есть своё войско, в бою при мне ты одолел серьёзного противника.
— Кто я такой? — спросил Месалим — кем я только не был в этой жизни — затворником, советником царей, полководцем. С моего рождения прошло не одно столетие.
— Видимо, у тебя какие-то личные счёты с Нерогабалом.
— О том, что меня связывает с Нерогабалом, я расскажу потом. Пока что, тебе следует знать лишь то, что ни в коем случае нельзя дать свершиться планам этого маньяка.
Терес остался удовлетворен ответом. Теперь он хотя бы знал, что его противник остаётся прежним.
То, как шёл отряд, вызывало у Тереса восхищение: всё тащили на себе, шли ровным строем, почти не разговаривали. Шли по два часа, потом полчаса отдыхали — и так четыре раза за день. На отдыхе успевали перекусить хлебом, сыром и солониной, после чего, переведя дух, снова выступали в путь. Терес с трудом выдержал такой темп.
Шли они по лесам, чью листву уже тронуло первое дыхание осени. Летний зной смягчали прохладные ветра. Погода была просто идеальна для путешествий. Но Тересу не давала покоя рана — она сильно чесалась и зудила.
— Терес, я тут поразмыслил — неожиданно начал Месалим — Мы оказались в очень удачном положении — Нерогабал, пытаясь вставить нам палки в колёса, чуть не сломал руку!
— И как вы пришли к этому выводу?
— Он решил тебя перехватить, и отправил для этого Джехута. Когда ты попал в руки Джехута, тот, опьяненный успехом, поднял бунт…
— И тем самым Нерогабал лишился хорошего военачальника?
— Ах, Терес, если бы всё только этим ограничивалось — Нерогабал ещё нескоро узнает о том, что Джухт убит. А войска, отправленные подавлять бунт, мгновенно не развернёшь. Это я ещё не говорю про восставших…
— Через сколько времени он осознает, что попал в ловушку?
— Отродия Джехута не пропустят их внутрь горы, которая, к слову, защищена от всевозможного колдовства. Нерогабал ещё неделю будет считать, что он просто заперся в своей крепости и хранит молчание.
— Насчёт второго он прав — больше поумничать ему не получится! — решил вставить шутку один из воинов.
Отряд ответил дружным смехом. А вот Терес остался тих и задумчив — то, что он чуть не превратился в чудовище, то, что погибли десятки воинов значило для этого старика Месалима не больше, чем обманный манёвр. Жизни десятков воинов стоили всего лишь недельной задержки для войска Нерогабала. Во что он ввязался? Ради чего ведут войны эти два безумца, готовые положить сотни людей во имя своих целей?
Наконец-то, отряд остановился на привал. Тереса и Сланию, на которую, к слову, Месалим и его воины не обращали никакого внимания, определили в шатёр, снаружи от которого, на расстоянии пяти десятков шагов, стояли на посту воины. Терес подозвал одного из них — старого вояку, лет пятидесяти на вид.
— Чего тебе нужно, северянин?
— Расскажи мне, что ты знаешь о Месалиме.
— Месалим? Наши господин?
— Да, он самый.
— Честно говоря, я и сам про него не сказать, что прям много знаю. Когда он был молодым, то служил при дворе царей ларанаев.
— Цари ларанаев? Я думал, они не признают власти царей.
— Россказни всё это, наверное — тех времён, почитай, не один человек кроме Месалима уже и не застал. Говорят, он понимает знаки, которые показывают нам небеса.
— Понимает знаки небес? Что он сказал насчёт недавнего виденья в небе?
— Ничего определенного. Но пашем мы с тех пор, как проклятые.
— А кто вы собственно такие?
— Мы жители долины Басбидира. По древней традиции, первенцы каждой семьи, будь то мальчики или девочки отдаются в услужение Месалиму. Как вы, наверное, уже поняли, я один из таких первенцев.
— Зачем ваши родители добровольно обрекают на такую судьбу своих детей? — задала вопрос Слания.
— Ларанаи отвергли веру во Всеотца. Многие считают, что это можно искупить только кровью.
— Всё понятно — ответил Терес — ты можешь идти.
