— Значит, в Нью-Хейвен, — решил он, и я почувствовала легкий толчок тревожного возбуждения. А вдруг я все-таки увижу Ханну Арнольд? Или самого полковника Арнольда? Вполне возможно, что он навещает свою семью.
Выбор курса потребовал серьезного технического обсуждения, и матросы на снастях долго перекрикивались с теми, что на палубе: Джейми знал, как пользоваться секстантом и астролябией (а на куттере как раз имелся секстант), но понятия не имел, как применить результаты к управлению кораблем. Завербованные матросы с «Чирка» неохотно, но согласились вести корабль, куда мы только захотим, поскольку их единственной альтернативой был немедленный арест, суд и казнь за невольное пиратство. Но хотя все они считались хорошими и умелыми моряками, никто из них ничего не смыслил в навигации.
Было предложено допросить пленных моряков в трюме и выяснить, не умеет ли кто-нибудь из них управлять кораблем. А если найдется такой человек, то либо заставить его силой, либо подкупить золотом, в зависимости от того, что лучше сработает. Можно было еще держаться берега, плывя в пределах его видимости, что было гораздо медленней и гораздо опасней из-за возможности наткнуться на песчаные отмели либо на британские военные корабли. И ненадежно, поскольку никто из находившихся сейчас на борту матросов «Чирка» никогда раньше не бывал в порту Нью-Хейвена.
Раз уж добавить к этому обсуждению мне было нечего, я отошла к поручням — смотреть на закат и размышлять, насколько велик шанс сесть на мель, если на небе нет солнца, чтобы по нему ориентироваться.
Мысль холодила, но ветер был еще холоднее. Столь внезапно покинув «Чирок» в одном легком жакете и к тому же оставив там свою верхнюю шерстяную юбку, я сейчас ощущала, что морской ветер, словно нож, пронзает мою одежду насквозь. Это неудачное сравнение напомнило мне о мертвом канонире, и, взяв себя в руки, я взглянула на темное пятно крови на палубе.
В тот же миг я краем глаза уловила движение у руля. Я открыла было рот, чтобы закричать, но не смогла выдавить ни звука, однако Джейми как раз взглянул на меня, и, что бы ни отразилось на моем лице, этого оказалось достаточно. Оглянувшись, он без промедления кинулся на Гвинейского Дика, который, вытащив откуда-то спрятанный нож, собирался напасть на Йена, неосмотрительно повернувшегося спиной.
Йен оглянулся, увидел, что происходит, и, сунув пистолет в руки удивленного мистера Смита, ринулся в трепыхающийся клубок человеческой плоти, перекатывающийся под качающимся румпелем. Потеряв управление, корабль замедлился, паруса повисли, и он начал опасно крениться.
Я сделала пару шагов по наклонившейся палубе и аккуратно выхватила пистолет из рук мистера Смита. Он ошеломленно посмотрел на меня и моргнул.
— Не то чтобы я вам не доверяла, — извинилась я. — Просто, учитывая все обстоятельства, не хочу рисковать.
Спокойно и методично я проверила пистолет. Он был заряжен и взведен. Хорошо, хоть не выстрелил сам по себе, пока мы вырывали его друг у друга! Я прицелилась в самую гущу потасовки, ожидая, кто первым из нее вынырнет.
Мистер Смит, переводя взгляд с меня на дерущихся, медленно попятился прочь, осторожно поднимая руки.
— Я… тогда… буду наверху, — сказал он. — Если вдруг понадоблюсь.
Исход схватки, конечно, был предрешен, но мистер Дик показал себя достойным звания британского моряка. Йен медленно поднялся на ноги, чертыхаясь и прижимая руку с рваной раной на предплечье к рубашке, испачканной кровью.
— Этот двуличный ублюдок меня укусил! — бушевал Йен. — Чертов нехристь-людоед!
Пнув своего недавнего врага, который застонал от удара, но не пошевелился, Йен злобно выругался и схватил болтающийся румпель. Медленно подвигал его вперед и назад в поисках направления. Корабль выровнялся, и паруса вновь наполнились ветром.
Джейми скатился с распростертого тела мистера Дика и сел возле него на палубе, свесив голову и пытаясь отдышаться. Я опустила пистолет и поставила на предохранитель.
— Как ты себя чувствуешь? — для проформы спросила я у Джейми.
Сама я ощущала странное спокойствие и отстраненность.
— Пытаюсь вспомнить, сколько жизней у меня осталось, — ответил он, хватая ртом воздух.
— Думаю, четыре. Или пять. Неужели ты всерьез считаешь, что сейчас был близок к смерти?
Я взглянула на мистера Дика, чье лицо выглядело ужасно. У самого Джейми на щеке было красное пятно, которое через пару часов, несомненно, станет черно-синим. Еще он держался за живот, но в целом выглядел невредимым.
— А то, что я чуть не умер от морской болезни, считается?
— Нет.
Опасливо поглядывая на валяющегося рулевого, я присела возле Джейми на корточки, чтобы как следует его рассмотреть. Красный свет заходящего солнца заливал палубу, и потому было невозможно понять, какого цвета сейчас лицо Джейми. Джейми протянул руку, и я отдала ему пистолет, который он заткнул за ремень, где, как я заметила, уже висел кинжал в ножнах.
— Ты даже вытащить его не успел? — кивнула я на кинжал.
